От чего зависит цвет глаз



(ок. 960 - 15.07.1015, с. Берестово под Киевом), равноап. (пам. 15 июля и 10 окт.- в Соборе Волынских святых), кн. киевский (978-1015), креститель Руси, сын киевского кн. Святослава Игоревича (ок. 960-972), внук равноап. киевской кнг. Ольги († 969).

Основным источником сведений о В. С. есть древнерус. летописный свод нач. XII в.- Повесть временных лет (ПВЛ), к-рая объединяет летописные заметки и ранние житийные предания о князе. Но данный корпус сведений сложился, без сомнений, раньше, т. к. частично он содержится в Начальном своде, созданном, по очень основательной догадке А. А. Шахматова. в 90-х гг. XI в. и отразившемся в Новгородской I летописи младшего извода. По-видимому, к нач. XII в. в своей базе кроме этого относится Память и похвала Иакова Мниха. к-рая в Краткой редакции есть старейшим фактически житийным произведением о В. С. включившим в себя сверх того старый краткий летописчик со сведениями, время от времени заметно отличающимися от ПВЛ. В рукописной традиции более распространено др. Житие В. С. среди бессчётных перечней к-рого исследователи выделяют 4 старейшие разновидности (кроме смешанных компилятивных форм): Проложное житие (старшие перечни относятся к XIII в. само житие, быть может, составлено в 3-й четв. XII в.); Простое житие, существующее в Пространной (старейший перечень - Мусин-Пушкинский 1414 г.) и Краткой редакциях (старшие перечни - нач. XVI в.); Слово о том, како крестися Владимир, возмя Корсунь (в составе Киево-Печерского патерика Феодосиевской редакции и в отдельных перечнях 1-й пол.- сер. XV в.), Легендарное житие (в Плигинском сб. XVII в. монумент, возможно, старше 1-й пол. XV в.). Рассказ Простого жития в целом сходится с летописным, не смотря на то, что более сжат (отсутствуют Обращение философа и др.), одновременно с этим он содержит нек-рые малоизвестные летописи детали (послы В. С. пребывают в Царьграде 8 дней, осада Корсуни продолжается 6 месяцев и т. п.), и последний молитвенный призыв к равноап. Константину и В. С. избавлять от бед люди. греческыя и рускыя. Житийные тексты о В. С. изданы и изучены не хватает, исходя из этого запрещено с определенностью ответить на вопрос, зависит ли житийный рассказ от летописного, либо же они перерабатывают какой-то неспециализированный источник. Нек-рые отсутствующие как в ПВЛ, так и в Житии детали о Крещении В. С. и жителей Киева находятся в различных редакциях Проложного жития В. С. Т. н. Церковный устав св. Владимира, дошедший в бессчётных редакциях, к-рые восходят, в соответствии с Я. Н. Щапову. к неспециализированному архетипу XII в. имеет в первоначальной базе установления эры В. С.

Равноап. кн. Владимир. Фрагмент иконы Преподобный Афанасий, равноапостольный князь Владимир, пророк Илия. Новгород. XVI в. (?)

Равноап. кн. Владимир. Фрагмент иконы Преподобный Афанасий, равноапостольный князь Владимир, пророк Илия. Новгород. XVI в. (?)

Достаточно разнообразные свидетельства о В. С. находятся в латиноязычных монументах - послании к герм. кор. Генриху II архиеп.-миссионера Бруно Кверфуртского (1008) и хронике саксонца Титмара Мерзебургского (1012-1018). В других находятся практически лишь сведения о внешнеполитических событиях Крещения В. С. в визант. хронике Иоанна Скилицы (создана на рубеже XI-XII вв. но применяла точные источники 2-й пол. X в.), в арабо-сир. хронике очень осведомленного Яхьи Антиохийского (ум. ок. 1066), в сочинении араба Абу Шоджи ар-Рудравери (ум. в 1095), в арм. хронике Степаноса Таронеци (нач. XI в.).

Год рождения В. С. малоизвестен. На неповторимое сообщение Летописца Переяславля Суздальского (XIII в. сохр. в единственном перечне 3-й четв. XV в.) о 73 годах как возрасте князя ко времени его смерти (ПСРЛ. Т. 41. С. 44) надеяться тяжело по неясности происхождения данной информации и, основное, по сбивчивости хронологии Летописца (так, смерть В. С. датирована в нем 6543, т. е. 1035 (!) г.). Подсчеты на основании возраста Святослава (род. за 3-5 лет до смерти своего отца киевского кн. Игоря. случившейся не ранее зимы 944/5) и более либо менее надежных фактов биографии самого В. С. (рождение старшего сына кн. Вышеслава не позднее 978 и др.) приводят к приблизительному разбросу дат от 955 до 963 г. причем наиболее возможной выглядит дата ок. 960 г. Такому заключению вряд ли противоречит известие Титмара, что В. С. погиб глубоким стариком (decrepitae aetatis) и ветхим деньми (plenus dierum) (Thietm. VII, 73-74. P. 488; Назаренко. Германские латинояз. источники. С. 136, 141), потому, что впечатление от возраста ок. 55 лет, и без того очень почтенного по понятиям средневековья, имело возможность усугубляться необычайной длительностью киевского княжения В. С. (без малого 40 лет). Матерью В. С. в соответствии с ПВЛ, была ключница св. кнг. Ольги Малуша, дочь некоего Малъка Любечанина (т. е. уроженца г. Любеча недалеко от впадения Десны в Днепр). Тот факт, что В. С. был сыном несвободной наложницы (робичичем), и близость имен давали предлог нек-рым исследователям (Д. И. Прозоровский, Шахматов и др.) для чуть ли основательного предположения о Малуше как рабыне-пленнице, дочери Мелка, князя восточнослав. племени древлян, соседнего с киевскими полянами, к-рый возглавил древлянское восстание против мэрия и горсовет Киева ок. 945 г. Распространенная в историографии черта В. С. как незаконнорожденного есть модернизацией, потому, что происхождение от наложницы в древнерус. княжеском семействе раннего средневековья, как и в целом в Европе того времени, в большинстве случаев не влекло за собой ущемления династических прав. Об этом свидетельствует и данное В. С. при рождении сильно выраженное княжеское имя. Не лишено возможности предание, отразившееся в нек-рых поздних (XVI в.) летописных сводах (Никоновской летописи, Устюжском летописном своде), что В. С. появился в с. Будутине под Псковом, куда словно бы бы отослала Малушу разгневанная Ольга, не смотря на то, что его база и осложнена явными несообразностями (так, Ольга не имела возможности завещать Будутино Святей Богородици, т. е. Десятинной церкви. тогда еще не существовавшей) (ПСРЛ. Т. 9. С. 35; Т. 37. С. 60). Довольно часто предполагают, что детство В. С. и его братьев Ярополка и Олега (сыновей Святослава от др. матери) из-за постоянных долгих военных отлучек Святослава из Киева прошло под опекой их бабки св. кнг. Ольги, что якобы не имело возможности не сказаться на отношении Святославичей к христианству, не смотря на то, что крещены они не были вслед. антихрист. настроений Святослава. Не кроме влияния кнг. Ольги на юных внуков, следует одновременно с этим не забывать, что в Др. Руси воспитание княжичей с детского возраста доверялось, в большинстве случаев, специально для этого приставленным пестунам - представителям старшей дружины, умелым в военных и гос. делах. В данной роли рядом с В. С. мы видим Добрыню, его дядю по матери. Отправляясь по окончании смерти кнг. Ольги в 969 г. во 2-й балканский поход, кн. Святослав выделил сыновьям уделы, причем В. С. достался Новгород, куда он отправился вместе с Добрыней. Это показывает, что княжич был скорее всего не младшим среди братьев, как довольно часто, но без видимых оснований считается, а следующим по старшинству по окончании Ярополка, взявшего Киев, потому, что в то время новгородский стол был 2-м по важности по окончании Киева (Олег взял землю древлян). Рассказ ПВЛ, словно бы новгородцы остановили свой выбор на В. С. т. к. получили отказ от Ярополка и Олега, направляться, разумеется, признать позднейшим тенденциозным антиновгородским выдумкой.

Посольство кн. Владимира к Рогволоду Полоцкому с целью сватовства к Рогнеде. Беседа Рогволода с Рогнедой, отказавшейся стать женой Владимира. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5. Л. 42 об.)

Посольство кн. Владимира к Рогволоду Полоцкому с целью сватовства к Рогнеде. Беседа Рогволода с Рогнедой, отказавшейся стать женой Владимира. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5. Л. 42 об.)

Через нек-рое время по окончании смерти Святослава (весна 972) между его сыновьями разгорелась междоусобная война, в следствии к-рой сперва в борьбе с Ярополком погиб Олег, а после этого из опасения перед старшим братом бежал за море В. С. по окончании чего Новгород оказался в руках киевского князя. Возвратившись с наемным варяжским войском, В. С. отвоевывает Новгород, сватается к Рогнеде, дочери полоцкого кн. Рогволода, получает отказ, захватывает Полоцк, убивает Рогволода и овладевает Рогнедой, идет на Киев, берет его и убивает Ярополка, к-рый сдался на милость победителя. Так излагает дело ПВЛ, не смотря на то, что не приводят к ни мотивация конфликта (якобы убийство по приказу Олега Святославича видного киевского дружинника Люта Свенельдича, к-рый нарушил границы охотничьих угодий древлянского князя), к-рая при ближайшем текстологическом рассмотрении выдает свое неестественное происхождение, ни хронология междоусобия, как она представлена в ПВЛ: 975/76 г.- убийство Люта, 977/78 г.- смерть кн. Олега и бегство В. С. из Новгорода, 980/81 г.- возвращение В. С. взятие им Полоцка, поход на Киев и вокняжение там. Намного более возможной датой начала киевского княжения В. С. (вернее, убиения им кн. Ярополка) есть информируемая в кратком летописчике Иакова Мниха - 11 июня 978 г. тем более что и в ПВЛ в др. месте говорится о 37 годах правления В. С. в Киеве (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 18; Т. 2. Стб. 13); 980/81 год появился, нужно думать, в следствии неудачных подсчетов самого летописца. Но в случае если принимать 11 июня в качестве дня вокняжения В. С. в Киеве, то событиям, к-рые в ПВЛ помещены между возвращением В. С. из-за моря (сделать это он имел возможность лишь с началом навигационного сезона, по окончании освобождения Финского зал. от льдов) и взятием им Киева, весьма тяжело уложиться в 2-3 месяца. Чуть ли подлежит сомнению, что приведенные хронологические вехи усобицы Святославичей условны и являются более поздними добавлениями к первоначальному рассказу, не поделённому на годовые статьи,- вроде того известия, фрагменты к-рого сохранились в летописчике Иакова Мниха. Ясно одно: незадолго до 978 г. между Святославичами вспыхнула борьба за власть, в ходе к-рой и кн. Ярополк (в то время, когда в Полоцк прибыли сваты от В. С. кнж. Рогнеду, в соответствии с летописному преданию, планировали вести за Ярополка), и В. С. стремились привлечь в свой лагерь Полоцк, в к-ром правил тогда не зависевший от Киева князь. Совокупность данных - сведений нем. источников о династическом альянсе Ярополка и герм. имп. Оттона II (973-983), чехо-моравского предания об удалении в Чехию сына кн. Олега Древлянского, свидетельства списка сыновей В. С. в соответствии с к-рому первой женой князя была чехиня (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 79-80, 121; Т. 2. Стб. 67, 105; НПЛ. С. 128, 159; Жития св. мучеников Бориса и Глеба. С. 27-28) и др.- разрешает выдвинуть догадку (А. В. Назаренко), что юные Святославичи, по всей видимости, оказались втянуты в долгую и ожесточенную борьбу Оттона II против чешско-польск. коалиции, к-рая определяла политические альянсы в Центр. Европе 70-х гг. X в. причем киевский князь оказался на стороне герм. императора, а новгородский и древлянский князья - на стороне его соперников Болеслава II Чешского (967/972-999) и Мешко I Польского (ок. 960-992).

Наровне с военно-политической активностью В. С. принял меры по внутренней консолидации Древнерусского гос-ва. Как раз в этом замысле направляться разглядывать те шаги нового киевского князя, к-рые принято характеризовать как языческую религиозную реформу. ПВЛ обрисовывает ее как установление на Старокиевской горе, рядом с княжеским двором, кумиров: Перуна. Хорса. Даждьбога. Стрибога. Семаргла и Мокоши. к-рым были установлены жертвоприношения, в т. ч. человеческие. С остатками этого святилища ряд совр. археологов отождествляют найденную при раскопках 1975 г. в 50-60 м к юго-востоку от буд. Десятинной ц. каменную вымостку (1,75 ? 7 м) с 6 полукруглыми выступами (по числу идолов) и остатками громадного кострища ( Толочко П. П. Др. Киев. К. 1983. С. 40-42), не смотря на то, что, в соответствии с ПВЛ, капище, устроенное В. С. находилось на месте ц. во имя свт. Василия (снесенной в 30-х гг. XX в.), т. е. на вост. краю Киева в Владимировых стен. Обычно данный языческий пантеон В. С. расценивают как дружинный, для чего не видно оснований: вряд ли Перун в перечне кумиров В. С. стоит на 1-м месте вследствие того что Громовержец был специфически дружинным божеством, поскольку он с покон веков, не позднее VI в. ( Procop. Bella. Vol. 2. P. 357 = De bello Goth. III 14, 23-24), считался главным всевышним слав. язычества. О дружинном характере пантеона В. С. нельзя судить и по отсутствию в нем столь почитавшегося слав. божества, как Велес. скотьего (т. е. пастушеского, крестьянского) всевышнего, потому, что в слав. мифологии Велес был божеством нижнего мира и потому его идол имел возможность стоять не на горе, а в нижнем городе - на Подоле, по крайней мере как раз тут, на берегу р. Почайны, он упомянут в Житии кн. Владимира ( Срезневский. Память и похвала. С. 10; Голубинский. История РЦ. Т. 1. С. 231; Серебрянский. С. 20). Не был новым и сам состав пантеона В. С. Наровне с общеслав. божествами, имеющими балтские параллели (Перуном, Мокошью, Велесом и др.) в нем присутствуют теонимы иран. (сармато-аланского) происхождения (Хорс, Семаргл), из чего возможно сделать вывод, что перед нами вероятнее синкретический южнорус. либо фактически киевский пантеон, каким он сложился конечно же задолго до В. С. И однако возвижение кумиров В. С. очевидно носит темперамент целенаправленного мероприятия княжеской власти. Капище было вынесено за пределы двора теремного, т. е. княжеского дворца (археологические остатки более раннего языческого святилища обнаруживаются в центре довладимирова города: Каргер М. К. Др. Киев. М.; Л. 1958. Т. 1. С. 105-112), так что богослужение из частного, династического, стало публичным гос. актом, как он красочно обрисован в ПВЛ в статье 983/84 г. по окончании похода на ятвягов, в то время, когда В. С. приде Кыеву и творяше требу (благодарственную.- А. Н .) кумиром с людьми своими, со старцами и боярами (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 82; Т. 2. Стб. 69). Если судить по тому, что Добрыня, к-рого В. С. сделал посадником в Новгороде, кроме этого постави Перуна кумир над рекою Волховом (Там же. Т. 2. Стб. 79; НПЛ. С. 128), аналогичные действия были предприняты и в др. городских центрах Руси. Помимо этого, в засыпке фундаментных ям в основаниях идолов на святилище, вскрытом в 1975 г. найдены обломки плинфы и штукатурки со следами фресковой живописи. Это значит, что строительство святилища, очень быть может, сопровождалось разрушением каменной церкви (церквей?) и, следов. было сознательной языческой реакцией в правление нового князя.

Из всей совокупности данных Крещение В. С. и его деятельность по христианизации Руси предстает как сознательный, целенаправленный выбор, обусловленный как личными религ. исканиями князя, так и совокупностью внутренних (неудовлетворительность язычеством и в религ. отношении, и в качестве государственно-консолидирующего идеологического фактора) и внешних (необходимость вступления Руси в семейство христ. держав) политических обстоятельств. История обращения В. С. изложена в ПВЛ под 986/87-987/88 гг. в виде Сказания об опробовании (либо выборе) вер, частью к-рого есть проповедь прибывшего в Киев к В. С. греч. проповедника, взявшая в науке наименование Речи философа. В Сказании повествуется о последовательном приходе к В. С. посольств от мусульман (волжских булгар - болъгары веры Бохъмиче), латинян (немьци от Рима), хазарских иудеев (иудаизированных хазар?) (жидове козарьстии) и, наконец, из Византии, каждое из к-рых убеждает киевского князя принять их веру. По различным обстоятельствам В. С. отказывает первым 3 посольствам и благосклонно выслушивает пространную Обращение философа, к-рый коротко опровергает учение мусульман, латинян и иудеев, сжато излагает ветхозаветную историю, ветхозаветные пророчества об отвержении иудеев и пришествии Спасителя, после этого переходит к событиям новозаветным и, наконец, создаёт сильное впечатление на князя, нарисовав перед ним броскую картину Ужасного Суда. По окончании чего В. С. по совету дружины отправляет личные посольства в болгары, в немьци и в греки (о жидах козарьстих на данный раз речи нет) испытати. их работу. Побывав в мусульм. мечети, лат. церкви и на Патриаршей работе в Царьграде, рус. послы возвращаются, пораженные красотой греч. богослужения (не свемы, на небе ли есмы были ли на земли). В следствии В. С. и дружина решают принять закон гречьскии еще и потому, что именно его в свое время приняла кнг. Ольга. Потом, в статье 988/89 г. направляться рассказ о походе В. С. на Корсунь и Крещении там.

Равноап. кн. Владимир (в 1-м ряду 2-й справа). Фрагмент иконы О тебе радуется из Успенского собора Дмитрова. 1-я треть XVI в. Мастерская Дионисия (ГТГ)

В отношении событий и времени Крещения В. С. в древнерус. источниках нет единства, что отмечал и составитель ПВЛ, сам придерживавшийся версии о Крещении В. С. в крымском г. Корсунь (по-гречески Херсонес): Не сведуще право глаголють, яко крьстилъся имеется в Киеве, и ини же реша в Василеви, друзии же инако скажють (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 111; Т. 2. Стб. 97). Пространное повествование ПВЛ под 988/89 (6496) г. о Крещении В. С. в Корсуни, взявшее в науке наименование Корсунская легенда, сводится к следующему. Решив с дружиной принять св. Крещение, В. С. иде с вои на Корсунь, град гречьскии, осаждает его в течение 9 месяцев и захватывает в следствии предательства некоего Анастаса Корсунянина. Затем князь шлет послов в К-поль, требуя дать за него Анну, сестру визант. императоров Василия II и Константина VIII. Те, напуганные угрозами В. С. двинуться походом против Царьграда, уговаривают сестру выйти замуж за киевского князя при условии Крещения последнего. В. С. отвечает согласием, Анна с группой священников прибывает в Корсунь. Затем В. С. поражает неожиданная слепота, к-рая прекрасным образом проходит по окончании Крещения князя местным епископом (по ПВЛ, в ц. свт. Василия, по Житию - в ц. св. Иакова), после этого происходит бракосочетание князя с визант. царевной. В. С. с супругой, греч. священниками и Анастасом возвращается в Киев, где ниспровергает языческих кумиров и велит креститься жителям Киева. К этому рассказу в ПВЛ присовокуплено наставление В. С. Корсунского епископа, складывающееся из Знака веры, предостережения против учения от Латын и справки о 7 Вселенских Соборах. причем Знак веры содержит нек-рые очевидно арианские формулировки (Сын подобносущен. Отьцу - ПСРЛ. Т. 1. Стб. 112; Т. 2. Стб. 98), происхождение к-рых до сих пор остается неясным.

Крещение дружины кн. Владимира. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 62 об.)

Крещение дружины кн. Владимира. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 62 об.)

Факт взятия В. С. Корсуни бесспорен, летописный рассказ приводит ряд связанных с этим аутентичных топографических реалий, но приурочение как раз к Корсуни Крещения киевского князя приводит к определённым. Дело не только в том, что в более ранних, нежели ПВЛ, текстах, затрагивающих тему Крещения В. С. (в похвале В. С. из Слова о законе и благодати Илариона. буд. митр. Киевского, 40-х гг. XI в. либо в Чтении о святых Борисе и Глебе прп. Нестора. возможно, 80-х гг. XI в.), о Корсуни ничего не говорится. Серьёзнее, что во фрагментах древней летописи в составе Памяти и похвалы Иакова Мниха взятие Корсуни прямо датировано третьим летом по окончании Крещения. Нужно думать, старейшая база Сказания об опробовании вер и Речи философа, как догадывался Шахматов, и была тем рассказом, в соответствии с к-рому Крещение В. С. случилось не в Корсуни, а на Руси (в Киеве, Василеве либо т. п.) и хронологию к-рого воспроизвел Иаков Мних. В пользу для того чтобы предположения свидетельствует кроме этого наличие независимых внелетописных редакций Корсунской легенды, к-рые значительно отличаются от редакции, присутствующей в ПВЛ, и в еще большей степени, чем последняя, выдают фольклорное происхождение Корсунской легенды. Таково Слово, како крестися Владимир, возмя Корсунь, к-рое прямо (согласно точки зрения Н. К. Никольского ) либо опосредованно (согласно точки зрения Шахматова) отражает текст, первоначальный по отношению к летописному; таково более редкое житие В. С. особенного состава, в соответствии с к-рому взять Корсунь помог не Анастас, а варяг (И)жберн; по взятии города В. С. убил князя корсуньского и со княгинею, насильно овладел их дочерью, по окончании чего дал ее за (И)жберна, к-рого поставил наместником в Корсуни, и т. п.

Христос Великий Архиерей с грядущими Божией матерью, равноап. кн. Владимиром и коленопреклоненным митр. Петром (Могилой). Роспись ц. Спаса на Берестове в Киеве. 1644 г.

Христос Великий Архиерей с грядущими Богородицей, равноап. кн. Владимиром и коленопреклоненным митр. Петром (Могилой). Роспись ц. Спаса на Берестове в Киеве. 1644 г.

Свидетельства иностранных источников позволяют с достаточной точностью вернуть хронологию и внешнеполитический фон событий, связанных с Крещением В. С. В соответствии с Иоанну Скилице ( Scyl. P. 336), но прежде всего - Яхье Антиохийскому и Абу Шоджи ар-Рудравери ( Розен. Имп. Василий Болгаробойца. С. 23-24, ср. кроме этого С. 200-202; Кримський, Кезма. Оповiдання. С. 394-395; Kawerau. Arabische Quellen. S. 14-22), вырисовывается следующая картина. По окончании катастрофического поражения от болгар летом 986 г. Византийская империя в 987 г. оказалась охвачена мятежом, к-рый поднял влиятельный полководец Фока Варда, в авг. заявивший себя императором; к Январю его войска стояли уже под стенками К-поля. Ввиду смертельной опасности, нависшей над Македонской династией, имп. Василий II послал посольство на Русь к В. С. прося о помощи. Киевский князь дал согласие, но ценой брака на визант. принцессе Анне, сестре Василия, дочери имп. Романа II (959-963). К-поль должен был дать согласие, выдвинув, но, в качестве условия Крещение князя. В 988 г. в Византию отправилось рус. войско, к-рое и помогло Василию II нанести мятежникам 2 решительных поражения (зимний период 988 у Хрисополя и в апр. 989 при Авидосе), в заключительном из к-рых погиб и сам Фока Варда, а царевна Анна отбыла на Русь. О взятии рус. войском Херсонеса в этих источниках речи нет, но о нем информирует визант. историк 2-й пол. X в. Лев Диакон ( Leo Diac. X, 10. P. 175), не смотря на то, что и в контексте, никак не связанном с Крещением рус. князя, о к-ром он по большому счету умалчивает. Взятие тавроскифами-русью Херсонеса у Льва Диакона знаменовали некие небесные огненные столбы, к-рые в большинстве случаев сопоставляются с огненным столбом, наблюдавшимся в небе недалеко от Каира, в соответствии с Яхье, 7-12 апр. 989 г. В случае если так, то взятие Корсуни нужно датировать периодом между апр. и июлем-авг. 989 г. т. к. появившаяся в июле-авг. комета Галлея, по Льву Диакону, предсказывала уже следующее бедствие - землетрясение в окт. 989 г. приведшее к падению купола в храме Св. Софии в К-поле (В. Г. Васильевский. В. Р. Розен ). Эту ставшую уже классической т. зр. оспорила Н. М. Богданова, предложив понимать глагол знаменовали (греч. ??????????) не в смысле предзнаменования, а как указание на свершившийся факт и тем самым относить падение Херсонеса ко времени незадолго до апр. 989 г. Неубедительна основанная на неверных хронологических подсчетах датировка взятия Корсуни маем-июнем 990 г. выдвинутая О. М. Раповым, вряд ли основательно настаивавшим, что у Льва Диакона и Яхьи речь заходит о различных метеорологических явлениях. По той же причине тяжело дать согласие и с датировкой дек. 988 г. (А. Л. Пономарёв, Н. И. Сериков). Чем растолковать поход В. С. на Корсунь, в случае если киевский князь был союзником Византии? Рус. войско появилось в Византии не позднее осени 988 г. Следов. летом либо в осеннюю пору того же года русско-визант. союзный соглашение должен был предусматривать и прибытие на Русь царевны Анны. Разумеется, как раз для ее встречи В. С. к порогам ходи на другое лето по Крещении, но до похода на Корсунь, как о том информирует Иаков Мних. Брак порфирородной принцессы с дикарём был неповторимым исключением из визант. династических правил, и потому было бы в полной мере понятным, если бы Василий II, взяв рус. военную помощь, не спешил с выполнением своих обязательств. При таких условиях осаду и взятие Корсуни В. С. предпринял чтобы заставить К-поль сдержать свое обещание. Этому естественному объяснению А. В. Поппе постарался противопоставить догадку, по к-рой Корсунь была на стороне мятежного Фоки Варды и ее захват В. С. явился исполнением союзнических обязательств со стороны киевского князя. Такая т. зр. отыскала приверженцев (Л. Мюллер, В. Водов и др.), но столкнулась и с основательной критикой (Д. Оболенский, В. Зайбт, А. Ю. Карпов). Так, в рамках догадки Поппе тяжело растолковать устойчивое соединение в древнерус. традиции взятия Корсуни с прибытием Анны.

Равноап. кн. Владимир и вмц. Варвара. Икона. 1908 - 1917 гг. (ГИМ)

Равноап. кн. Владимир и вмц. Варвара. Икона. 1908 - 1917 гг. (ГИМ)

Приведенные данные не разрешают непременно предпочесть к.-л. из 2 древнерус. версий Крещения В. С.- корсунскую либо Иакова Мниха, но последняя выглядит в их свете, как и в свете всей суммы древнерус. источников, все же более возможной. Титмар Мерзебургский кроме этого относит великие насилия, к-рые В. С. чинил над не сильный данайцами (т. е. греками - Thietm. VII 72. Р. 486; Назаренко. Германские латинояз. источники. С. 135, 140), уже ко времени по окончании Крещения князя. В следствии движение событий реконструируется следующим образом. По всей видимости, уже в 987 г. Василий II начал переговоры с В. С. о военном альянсе, причем был должен принять требование киевского князя о альянсе династическом. Предуготовляя его, В. С. принял Крещение. В случае если дата Крещения выбиралась в соответствии с К-польскому евхологию (что в случае политического Крещения не выглядит, но, обязательным), то оно имело место вероятнее на праздник Крещения Господня 6 янв. 988 г. (Поппе), т. е. еще в 6495 мартовском году; др. возможности - на Пасху (8 апр.) либо на Троицу (27 мая) 988 г. (М. Арранц) уже в следующем, 6496, году- направляться, по всей видимости, отвергнуть как вступающие в несоответствие с относительной хронологией Иакова Мниха. По свидетельству Степаноса Таронеци (С. 142, 175), сбивчивого в деталях, но точного в своей базе, в визант. посольство входил бежавший от Фоки Варды митр. Севастии (в пров. Армения Вторая) Феофилакт, к-рый и имел возможность крестить киевского князя. Древнерус. источники единодушно утверждают, что в Крещении В. С. был наречен Василием - без сомнений, в связи с тем, что его заочным крестным отцом считался имп. Василий II (такова была простая практика визант. политических Крещений). Летом 988 г. В. С. послал в Византию рус. войско и у днепровских порогов (место, наиболее подверженное нападениям степняков) ждал царевны Анны (летом-осенью 988 (6496), т. е. вправду, на другое лето по Крещении). Но Анна не прибыла, а быть может, в случае если надеяться на Степаноса Таронеци (к-рый, но, путает Русь с Болгарией), греки пробовали кроме того подменить невесту. Разгневанный В. С. в осеннюю пору выступил к Корсуни, к-рую по окончании продолжительной осады захватил между апр. и июлем 989 (6497) г. (на третье лето по окончании Крещения по древнерус. счету). Василий II должен был выполнить свое обязательство, багрянородная царевна прибыла в Херсонес, где и случилось ее бракосочетание с В. С. по всей видимости еще в том же 989 г. В осеннюю пору 989 либо весной 990 г. В. С. возвратился в Киев.

Киевский кн. Владимир. Рисунок из Большой государственной книги (РГАДА ДА 66. Б-ка ОФР. № 64249. Л. 6). 1672 г.

Киевский кн. Владимир. Рисунок из Большой государственной книги (РГАДА ДА 66. Б-ка ОФР. № 64249. Л. 6). 1672 г.

Деятельность В. С. по Крещении отразилась в источниках по 3 главным взаимосвязанным направлениям: христианизации Руси, мерам по внутреннему совершенствованию гос. и публичной жизни, внешней военной и политической активности.

Род правых благословится. Фрагмент картины из книги архиеп. Лазаря (Барановича) Клинок духовный К. 1666. Л. 2 об. (РГБ)

Род правых благословится. Фрагмент картины из книги архиеп. Лазаря (Барановича) Клинок духовный К. 1666. Л. 2 об. (РГБ)

Первые шаги по христианизации Руси (подробнее см. ст. Крещение Руси ) были предприняты В. С. срочно по окончании возвращения в Киев: разрушение языческих святилищ в столице и Крещение жителей Киева (возможно, в 990) посредством греч. священников, как прибывших с Анной, так и приведенных из Корсуни. В ближайщее время аналогичные массовые Крещения были, по всей видимости, предприняты и в др. наибольших городах Руси, не смотря на то, что прямые указания на данный счет имеется только относительно Новгорода, в то время как известия о миссионерских поездках В. С. и Киевского митрополита в Ростов и Суздальскую землю в 991-992 гг. в том виде, как они изложены в поздней Никоновской летописи (1-я пол. XVI в.), содержат фактические несообразности и догадки и не заслуживают доверия. Наиболее значимым шагом стало учреждение в Киеве (не позднее 996) митрополии К-польского Патриархата, к-рое, разумеется, предусматривалось соглашением В. С. и имп. Василия II либо явилось ярким его следствием. Распространенная некогда догадка М. Д. Присёлкова. в соответствии с к-рой Русская Церковь при В. С. пребывала в юрисдикции болг. Охридского Патриарха, а митрополия была открыта лишь ок. 1039 г. при Ярославе Умном, не отыскала поддержки впосл. (она противоречит, например, выстроенным по хронологическому принципу спискам митрополий К-польского Патриархата, где Русская митрополия упоминается перед Аланской, учрежденной в 997/98). В один момент с митрополичьей при В. С. были учреждены неск. епископских кафедр: в Новгороде, кроме этого, возможно, в Белгороде (под Киевом) и Чернигове, а быть может, еще в Полоцке и Переяславле Русском (Южном).

Освящение Десятинной ц. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30.Л. 67 об.)

Освящение Десятинной ц. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30.Л. 67 об.)

Развернулось деревянное храмостроительство, о конкретных масштабах к-рого делать выводы тяжело, т. к. летопись выражается неизвестно: В. С. повеле рубити цьркви и поставляти по местом, идеже стояху кумири. и нача ставити по градом цьркви и попы (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 118; Т. 2. Стб. 103); поименно известны только церкви во имя свт. Василия в Киеве и Преображения Господня в Василеве. В соответствии с митр. Илариону, при В. С. появились и первые рус. мон-ри, о к-рых ничего конкретно неизвестно: Монастыреве на горах сташа, черноризьци явишася ( Молдован. Слово. С. 93). Уже в 990/91 г. (так у Иакова Мниха; по отклоняющейся в целом на год хронологии ПВЛ - в 991/92) В. С. заложил в Киеве каменную ц. Пресв. Богородицы Десятинную, для постройки к-рой были приглашены греч. мастера и к-рой были переданы иконы, церковная утварь и мощи святых Климента, папы, и его ученика Фива. вывезенные В. С. из Корсуни; проходили службу в ней греч. корсунские священники. Не в полной мере ясно, была ли она дворцовым княжеским храмом либо служила нек-рое время кроме этого митрополичьим собором. Во всяком случае митрополичий собор Св. Софии в Киеве (по всей видимости, деревянный) при В. С. уже существовал, т. к. о его пожаре в 1018 г. упоминает Титмар (Thietm. VIII 32. Р. 530; Назаренко. Германские латинояз. источники. С. 137, 142).

Равноап. кн. Владимир сокрушает идолов. Картина из книги архиеп. Лазаря (Барановича) Труды на дни нарочитыя праздничных дней. К. 1674. Л. 243 (РГБ)

Равноап. кн. Владимир сокрушает идолов. Картина из книги архиеп. Лазаря (Барановича) Труды на дни нарочитыя праздничных дней. К. 1674. Л. 243 (РГБ)

С освящением Десятинной ц. (995 либо 996) древнерус. традиция, отразившаяся в ПВЛ, Церковном уставе кн. Владимира и проложном Сказании об освящении Десятинной ц. (под 12 мая), связывает меры В. С. по материальному обеспечению юной Русской Церкви в виде десятины - 10-й части от имения моего (Владимира.- А. Н. ) и от град моих (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 124; Т. 2. Стб. 109; Карпов. Владимир Святой. С. 431-432), по земле Рустеи от всякого княжа суда. от торгу. от всякого стада и от всякого жита (ДРКУ. С. 15, 16, 18 и др.). Характерно, что эти отчисления по воле В. С. поступали в распоряжение не митрополита, а Анастаса Корсунянина, бывшего, наверное, экономом Десятинного храма,- свидетельство того, что учреждение десятины произошло или до установления митрополии, или на протяжении ее вдовства. Уже по одной данной причине направляться скептически отнестись к объединению во всех редакциях Церковного устава кн. Владимира таких мер, как учреждение князем десятины и разделение им, по визант. примеру, княжеской и церковной (митрополичьей, епископской) юрисдикции: последнее должно было случиться неск. позднее. В сфере церковного суда выяснилось брачное и домашнее право, правонарушения против нравственности, ведовство, суд над т. н. церковными людьми (в эру В. С.- в первую очередь над клириками и членами их семей). Очень серьёзным делом было обеспечение Церкви рус. священниками. Меры В. С. в этом отношении напоминают аналогичные шаги Петра I Алексеевича. князь насильственно отбирал детей знати (нарочитыя чади), дабы дать их на учение книжное (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 118-119; Т. 2. Стб. 103).

Равноап. кн. Владимир, святые князья Борис и Глеб, мученики Кирик и Иулитта. Икона из Никольской часовни новгородского Детинца. XVI в. (?) Фотография 1-й четв. XX в.

Равноап. кн. Владимир, святые князья Борис и Глеб, мученики Кирик и Иулитта. Икона из Никольской часовни новгородского Детинца. XVI в. (?) Фотография 1-й четв. XX в.

С мероприятиями по христианизации страны были тесно связаны и нек-рые внутриполитические шаги В. С. В случае если любовь В. С. к своей дружине, с к-рой князь совещался о строи земленем, и о ратех, и о уставе земленем, и еженедельные пиры с В. С. и без него, к-рые он устраивал боляром, и гридем (т. е. старшей и младшей дружине.- А. Н. ), и съцьскым, и десяцьскым (городская административная вершина.- А. Н. ), и нарочитым мужем (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 126; Т. 2. Стб. 111), в полной мере вписывались в идущее еще из языческих времен древнерус. представление о княжеских доблестях (они с похвалою представлены летописцем не без элементов фольклорной стилизации: В. С. велит исковати дружине серебряные ложки вместо деревянных, будучи уверен, что, сохранив благосклонность дружины, добудет себе еще больше сребра и злата), то акцентируемые всеми источниками (летописными, житийными, Титмаром) социально-каритативная активность В. С. его нищелюбие (раздача продовольствия и финансовой милостыни на княжеском дворе; продовольствие кроме этого развозилось по городу для тех, кто по болезни не имел возможности сам явиться к раздаче) соответствовали идеалу христ. правителя, одной из наиболее значимых линия к-рого в визант. понимании было человеколюбие (???????????).

Златник кн. Владимира. X в. Аверс

Златник кн. Владимира. X в. Аверс

Введению церковного суда и первоначальному разграничению его со сферой суда княжеского сопутствовала попытка по совету епископов обновить древнерус. простое право методом заимствования ряда визант. юридических практик. ПВЛ рисует эту попытку как неудачную: употребительные в Византии смертную казнь и членовредительные наказания В. С. пришлось опять отменить в пользу традиц. для Руси финансовых штрафов (вир и продаж). Полностью на древнерус. политический обычай ориентировалось и посажение киевским князем своих сыновей по волостям, что, с одной стороны, соответствовало представлению о гос. территории как коллективном владении княжеского семейства (поэтому любой взрослый княжич был в праве на удел), а с др.- являлось своеобразным методом адм. управления территориями из Киева (княжич выступал в качестве посадника, наместника своего сидевшего в Киеве отца) и их христианизации. В качестве 1-го этапа этого процесса ПВЛ говорит о наделении волостями 4 старших Владимировичей (Вышеслав взял Новгород, Изяслав - Полоцк, Святополк - Туров, Ярослав - Ростов) и относит его ко времени конкретно по окончании Крещения В. С. и княжеской семьи, что выглядит в полной мере правдоподобно, т. к. ок. 990/91 г. старшим сыновьям В. С. было по 12-14 лет - возраст, простой на Руси для посажения княжича на стол. По окончании смерти Вышеслава В. С. переместил в Новгород Ярослава, причем в Ростове был посажен Борис, взяли столы др. подросшие Владимировичи: Глеб - в Муроме, Святослав - в земле древлян, Всеволод - во Владимире-Волынском, Мстислав - в Тмутаракани. В случае если то был единовременный акт, он должен был иметь место по окончании 1001/02 г. в то время, когда погиб Изяслав; происхождение распространенной за В. Н. Татищевым (История Русский. М.; Л. 1963. Т. 2. С. 70) датировки 1010 г. неясно.

Кн. Владимир вручает кн. Борису клинок и отправляет его на войну с печенегами. Погребение кн. Владимира. Клеймо иконы Святые Борис и Глеб в житии из Борисоглебской ц. в Запрудах в Коломне. Кон. XIV в. (ГТГ)

Кн. Владимир вручает кн. Борису клинок и отправляет его на войну с печенегами. Погребение кн. Владимира. Клеймо иконы Святые Борис и Глеб в житии из Борисоглебской ц. в Запрудах в Коломне. Кон. XIV в. (ГТГ)

В русле вызванных христианизацией гос. преобразований В. С. была и неудачная попытка византинизации киевского столонаследия, относившаяся, разумеется, уже к последним годам правления В. С. В соответствии с традиции, по окончании смерти В. С. Русь должна была быть поделена между всеми его сыновьями (как то было со Святославичами), а Киев должен был достаться генеалогически ветшайшему. Но политическое сознание В. С. как главы новой единой христ. державы, по всей видимости, противилось такому механическому дроблению. Развернутых сведений о плане В. С. нет, но источники заставляют подозревать, что В. С. планировал передать киевский стол одному из своих младших сыновей - св. Борису (ср. напр. вкладываемые в уста Святополка Туровского в Чтении о св. Борисе и Глебе упреки В. С. что Борис хощеть по смерти отца своего стол прияти - Жития св. мучеников Бориса и Глеба. С. 6-7); не в последнюю очередь это определялось, как возможно думать, происхождением последнего по матери из болг. царского дома. Обращение шла, очевидно, не о ликвидации наследственных уделов в принципе, а, по-видимому, об учреждении сеньората - номинального политического главенства одного из братьев, вроде того, какой был учрежден полвека спустя по завещанию Ярослава Умного. Как раз этими замыслами В. С. были, "Наверное," вызваны практически одновременные возмущения против Киева со стороны 2 старших Владимировичей: Святополка в Турове (наверное, ок. 1012/13), к-рый в следствии оказался в заключении по приказу В. С. и Ярослава в Новгороде (1014). Осуществлению реформы престолонаследия помешали как неожиданная смерть В. С. в разгар конфликта с Ярославом, так и радикальное расхождение реформы с традиц. порядком, к-рый покоился на принципе генеалогического старейшинства.

Собор во имя равноап. кн. Владимира в Воронеже. Фотография. Нач. XX в. (РГБ)

Собор во имя равноап. кн. Владимира в Воронеже. Фотография. Нач. XX в. (РГБ)

Еще одним проявлением нового государственно-политического самосознания княжеской власти в лице В. С. по окончании его Крещения стала чеканка в Киеве золотой и серебряной монеты. Чуть ли выпуск древнерус. монет преследовал фактически экономические цели (в IX-X вв. на Руси много ходила серебряная монета араб. чеканки - дирхем; но, как раз к кон. X в. ее поступление на Русь начало иссякать); довольно малые тиражи, и очень низкая проба монетного серебра говорят скорее о политически репрезентативном характере монеты. В случае если по весу она ориентировалась на привычный для Руси араб. чекан, то по внешнему оформлению воспроизводила совр. визант. образцы - золотые номисмы и серебряные милиарисии императоров Василия II и Константина VIII. Так же как на визант. монетах, где помещались изображения Христа Пантократора и императора, на одной из сторон и златников, и сребреников В. С. имелось изображение киевского князя в праздничном облачении (в венце с характерными визант. подвесками-пендулиями по бокам, в плаще с застежкой-фибулой под подбородком и с крестом в руке), на др.- на более ранних монетах видим образ Спасителя, а на более поздних - изображение княжеского родового символа в виде стилизованного трезубца (и тогда около головы князя появляется непременный атрибут визант. имп. портретов - нимб). Но в отличие от визант. примера с погрудным изображением правителя В. С. был представлен в рост сидящим на княжеском троне, что подчеркивалось и надписью: Владимиръ на стол. Из портретных линия В. С. привлекают внимание массивный подбородок и долгие отвислые усы.

Церкви во имя Епифания, еп. Кипрского (1645), во имя равноап. кн. Владимира (1554), Успенский собор (1497) в Кирилловом Белозерском мон-ре. Фотография. Кон. XX в.

Церкви во имя Епифания, еп. Кипрского (1645), во имя равноап. кн. Владимира (1554), Успенский собор (1497) в Кирилловом Белозерском мон-ре. Фотография. Кон. XX в.

О внешнеполитической деятельности В. С. по окончании Крещения имеются только разрозненные сведения. Они создают впечатление, что на смену чрезвычайной военной активности В. С. языческого периода приходит политика, направленная больше на удержание и стабилизацию достигнутого. Нужно считать, что Крещение и женитьба В. С. на сестре правивших императоров повели к большому увеличению статуса киевского князя и Руси в совершенной визант. иерархии правителей и гос-в: от нейтрального, внеположного по отношению к данной иерархии титула князь и т. п. (?????) до включения В. С. в число духовных (???????????) родичей визант. василевсов. Но полной ясности в этом вопросе нет из-за отсутствия прямых указаний на данный счет в источниках. без сомнений негативный для Руси контракт с Византией, к-рый был должен подписать Святослав по окончании своего поражения в 971 г. при В. С. был пересмотрен, не смотря на то, что текст нового договора в отличие от более ранних не сохранился. Ясно только, что к Руси перешла яркая власть над Керченским прол. и прилегающими землями (Тмутараканское княжество). Альянс В. С. с Византией обусловил, по свидетельству анонимного визант. тактикона того времени, участие рус. армий в болгаро-визант. войне в 90-х гг. X в. (Traite de tactique, connu sur le titre Traite de castrametation redige a ce qu'on croit / Ed. A. Martin. P. 1898. P. 29, 39, 51), a кроме этого, возможно, какие-то перемены в положении и численности рус. наемного корпуса на визант. работе, действия к-рого источники фиксируют в 999 г. в Сирии ( Розен. Имп. Василий Болгаробойца. С. 40), а в 1000 г.- в Армении (Общая история Стефаноса Таронеци. С. 200-201). Поход В. С. в 992 г. к русско-польск. пограничью, к-рый не считая ПВЛ упоминается кроме этого в нем. Хильдесхаймских анналах (Annales Hildesheimenses / Ed. G. Waitz. Hannover, 1878. P. 25), закреплял в связи со вступлением на польск. трон нового кн. Болеслава I Храброго приобретения Руси, сделанные тут ок. 980 г.

Совет кн. Владимира с Добрыней. Заключение Владимиром мира с волжскими булгарами в 985 (либо 986) г. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 48)

Совет кн. Владимира с Добрыней. Заключение Владимиром мира с волжскими булгарами в 985 (либо 986) г. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 48)

Дружественный в целом темперамент взаимоотношений В. С. с зап. соседями подчеркивается летописцем: В. С. бе живя с князи околними миром, с Болеславом Лядьскым, и с Стефаном Угрьскым, и с Андрихом Чешьскым (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 126; Т. 2. Стб. 111), т. е. кроме Болеслава Польского с венг. кор. Стефаном I (Иштваном) (997-1038) и чеш. кн. Олдржихом (Удальрихом) (1012-1034) (по всей видимости, именно он прячется под летописным именем Андрих). Эти мирные отношения, включавшие в себя нейтралитет практически в постоянной польско-нем. войне, начавшейся практически сразу после вступления на престол герм. кор. Генриха II, В. С. скрепил браком Святополка, в удел к-рого входило русско-польск. пограничье в р-не Берестья, с дочерью Болеслава (вероятнее ок. 1005/10). Вооруженный конфликт с Болеславом в 1013 г. о к-ром, как и о женитьбе Святополка, знает лишь Титмар (Thietm. IV 58; VI 92; VII 72. Р. 198, 382, 486; Назаренко. Германские латинояз. источники. С. 134-135, 139-141), был вызван, наверное, упоминавшимся выше выступлением Святополка против В. С. а не поворотом в зап. политике самого В. С. как возможно было бы предполагать, руководствуясь неосновательной предположением Н. А. фон Баумгартена, к-рая взяла известное хождение в науке,- о том, словно бы 2-й христ. женой В. С. по окончании смерти в 1011/12 г. Анны, стала родственница герм. королевского дома. Что в конце жизни В. С. женился вторично, вряд ли подлежит сомнению (по Титмару, в 1018 в Киеве в плен к Болеславу попали не только супруга Ярослава Умного и его сестры, но и его мачеха (noverca): Thietm. VIII 32. P. 530; Назаренко. Германские латинояз. источники. С. 137, 142; именно на дочери В. С. от этого брака Марии женился ок. 1040 польск. кн. Казимир I), но идентификация Баумгартеном данной новой супруги В. С. очень уязвима.

Медаль в память о сооружении Владимирского собора в Киеве. Аверс с изображением равноап. кн. Владимира. 1895 г. Худож. А. Прахов (ГИМ)

Медаль в память о сооружении Владимирского собора в Киеве. Аверс с изображением равноап. кн. Владимира. 1895 г. Худож. А. Прахов (ГИМ)

Серьёзной заботой В. С. в христ. период его княжения летопись воображает организацию устойчивой обороны юж. подступов к Киеву от печенежских набегов. В. С. предпринял строительство по берегам притоков Днепра на правобережье (по Стугне) и на вост. берегу (по Десне, Суле, Трубежу, Остру и др.) грандиозной фортификационной системы, к-рая складывалась из крепостей (градов), соединенных сплошными земляными валами с деревянным тыном и населявшихся людьми, выведенными со всех концов Руси. Эту крепчайшую и долгую ограду с воротами в ней видел в 1008 г. зап. архиеп. Бруно Кверфуртский на пути из Киева в Печенежскую степь (List Brunona. S. 98-99); ее следы сохраняются до сих пор. Обновлялись и расширялись крепостные упрочнения в больших городах около Киева - в Белгороде, Переяславле; основывались новые - Василев, Городец Остерский, Воинь и др. В русле данной же политики была очень сильно расширена площадь Киева в новых городских стен (город Владимира).

Молитва кн. Владимира в Десятинной ц. и принесение им клятвы о выделении для Церкви десятины. Раздача милостыни по случаю этого события. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 69 об.)

Молитва кн. Владимира в Десятинной ц. и принесение им клятвы о выделении для Церкви десятины. Раздача милостыни по случаю этого события. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 69 об.)

От чего зависит цвет глаз

Попытки замирения с печенегами, предпринимавшиеся В. С. не имели какое количество-нибудь долгого успеха. Неизвестно, сколь долго просуществовал русско-печенежский мир, арестант В. С. посредством Бруно в 1008 г. и сопровождавшийся кроме того посылкой к печенегам в качестве заложника одного из Владимировичей, и созданием эфемерной Печенежской епископии, к-рая находилась в каких-то не совсем ясных отношениях к Киевской митрополии. Так или иначе, рать громадна без перестани с печенегами продолжалась до самой смерти В. С. и об ее интенсивности говорит, например, тот факт, что уже в ПВЛ, не более чем через столетие, воспоминания о ней покупают эпические формы; таковы рассказ под 992 г. об отроке усмошвеце, победителе печенегов под Переяславлем, либо повествование о белгородском киселе под 997 г. предвосхищающие позднейшие былинные сказания о Владимире Красне Солнышке.

Равноап. кн. Владимир. Монумент на Владимирской горке в Киеве. Скульптор П.К. Клодт. 1853 г.

Равноап. кн. Владимир. Монумент на Владимирской горке в Киеве. Скульптор П.К. Клодт. 1853 г.

В. С. скончался неожиданно в своей загородной резиденции Берестове, не успев уладить отношения ни со Святополком, ни с Ярославом, и был погребен в Десятинной ц. Киевский стол вопреки замыслам В. С. захватил вышедший из заключения ветшайший в роде Святополк, и на Руси разгорелось кровавое междоусобие Владимировичей, в ходе к-рого погибли святые Борис и Глеб, и Святослав и к-рое совсем утихло лишь по окончании мира между Мстиславом и ярославом в 1026 г.

Княжение Владимира в Киеве. Воздвижение по его повелению на бугре деревянных изображений Перуна и др. языческих божеств. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 45)

Княжение Владимира в Киеве. Воздвижение по его повелению на бугре деревянных изображений Перуна и др. языческих божеств. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 45)

Народная память, отразившаяся в былинном эпосе, сохранила образ В. С. как радушного, хлебосольного киевского князя, Красного Солнышка (У нежна князя Владимира, / У Солнышка, у Сеславьича, / Было столованье, почетный пир. - Добрыня и Василий Казимиров // Былины. М. 1916. Т. 1. С. 43), стольный город к-рого охраняется от наездов степняков богатырскими заставами, а среди богатырей кроме Ильи Муромца выделяется Добрыня Никитич, в образе к-рого фольклористы не без основания угадывают черты исторического Добрыни, дяди В. С. Былинный цикл около образа В. С. складывался уже в первые столетия по окончании его смерти, как свидетельствуют заимствования из него в нем. эпосе (Сага о Дитрихе Бернском (Веронском) XIII в.).

Мраморный саркофаг В. С. в Десятинной ц. по свидетельству Титмара, был установлен рядом с саркофагом Анны, среди храма, что было нетипично для визант. традиции, воспроизводя скорее центральноевроп. практику (согласно точки зрения Поппе, такая постановка раки могла быть связана с подготовкой канонизации Крестителя Руси). Гроб и мощи В. С. были потеряны в кон. 1240 г. оказавшись погребены под развалинами Десятинной ц. по окончании захвата Киева монголо-татарами. В 1632/36 г. при разборке руин с целью возведения нового храма по повелению Киевского митр. св. Петра (Могилы) были якобы найдены то ли 2, то ли 1 мраморный саркофаг с останками, к-рые свт. Петр счел за мощи В. С. в соответствии с отысканной при гробе надписи; после этого саркофаги были закопаны опять. (Известны 2 отличающихся друг от друга описания этого обретения: в кн. митр. Самуила (Миславского) Краткое ист. описание Киево-Печерской лавры (СПб. 1817. С. 105-106) и, по сведениям И. В. Жиленко, в неопубл. рукописи XVIII в. из Киево-Печерской лавры - НБУВ ИР. П. 390 (194)).

Равноап. кн. Владимир, святые князья Борис и Глеб. Икона из Софийского собора в Новгороде. кон. XV в. (Музей -квартира П.Д. Корина)

Равноап. кн. Владимир, святые князья Борис и Глеб. Икона из Софийского собора в Новгороде. кон. XV в. (Музей -квартира П.Д. Корина)

Череп останков, отысканных свт. Петром, был перенесен им в Успенский собор Киево-Печерской лавры, откуда незадолго до начала ВОВ послан в Ленинград с целью создания скульптурной реконструкции по способу Герасимова (в наст. время местонахождение неизвестно). Нижняя челюсть была в 1638 г. подарена митр. Петром царю Михаилу Феодоровичу и хранилась в Успенском соборе Кремля (мощи В. С. упом. в описи Успенского собора за 1701 г. и в описи Образной палаты Кремля за 1669; в наст. время не сохр.). Кисть руки была положена в киевском Софийском соборе (провалилась сквозь землю, возможно, на протяжении второй мировой). Но надпись, цитируемая в описаниях обретения мощей, очевидно позднего происхождения и содержит фактические несообразности (погребение В. С. и Анны в одном гробу, датировка от Рождества и т. д.); помимо этого, в этом погребении, заново раскопанном киевским архит. Н. Е. Ефимовым в 1826 г. обнаружились саркофаги, не соответствующие описанию времени свт. Петра. Все это заставляет усомниться в отождествлении останков, найденных в 30-х гг. XVII в. с мощами В. С.

Положение тела кн. Владимира в мраморный саркофаг в Десятинной ц. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 74)

Возведение по повелению кн. Владимира ц. в честь Преображения в Василеве. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 70)

Быть может, в первое время почитание В. С. пребывало в тени рано установившегося празднования святым Борису и Глебу, так что и церковное поминовение его происходило не самостоятельно, под 15 июля, а в дни памяти его сыновей-страстотерпцев. Так, в отрывке из месяцесловной части Студийского устава кон. XII в. хранящемся в Курском музее (№ 20959. Л. 4 об.), под 24 июля, по окончании работы святым Борису и Глебу, имеется запись: Чтется житие князя Володимира, в томь имеется и мучение святою Бориса и Глеба. Таковой обычай имел возможность сложиться весьма рано, еще тогда, в то время, когда мощи святых Бориса и Глеба первоначально покоились в Вышгороде, в ц. св. Василия, где (как и в киевской ц. св. Василия либо Десятинной ц.) молитвенное обращение к В. С. в Крещении Василию, имело возможность бы появиться естественнее всего. Памяти святых Бориса и Глеба под 24 июля и В. С. под 15 июля являются единственными памятями рус. происхождения в Каноннике Скалигера, созданном в Сев.-Вост. Руси (A Russian Church Slavonic Kanonnik, 1331-1332 / Ed. A. H. van den Baar. The Hague, 1968. P. 199, 241, 256, 260). В данной связи стоит напомнить кроме этого о древней и устойчивой иконографической практике изображать В. С. как раз со святыми Борисом и Глебом: на фреске XIV в. из ц. во имя вмч. Феодора Стратилата в Новгороде, на миниатюре в Мусин-Пушкинском сборнике 1414 г. ( Срезневский И. И. Древние изображения. Табл. II-III) и др.

Род царствия благословится. Роспись ц. во имя прор. Илии в Ярославле. Кон. XVII в. либо 1716 г.



Род царствия благословится. Роспись ц. во имя прор. Илии в Ярославле. Кон. XVII в. либо 1716 г.

Возможно с большой долей уверенности сказать о существовании почитания В. С. в первые столетия по окончании его смерти как в юж. (Киев, Вышгород), так и в севернорус. (Новгород) землях. Противоречивость свидетельств возможно растолковать тем, что в XI-XIII вв. на Руси, как и в Византии (в отличие от Западной Церкви), не существовало единой процедуры канонизации, для установления почитания святого, по-видимому, достаточно было устного благословения митрополита либо епископа.

Убийство по повелению кн. Владимира киевского кн. Ярополка. миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30.Л. 44)

Убийство по повелению кн. Владимира киевского кн. Ярополка. миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30.Л. 44)

Со 2-й пол. XIV в. почитание В. С. деятельно поддерживается столичным великокняжеским домом. Во имя В. С. был крещен серпуховской кн. Владимир Андреевич Храбрый, появившийся 15 июля 1353 г. В Слове о житьи и о преставлении великаго князя Дмитрия Ивановича, царя Рускаго (по предположению Г. М. Прохорова, составлено в кон. XIV - нач. XV в.) блгв. кн. Димитрий Иоаннович Донской прославляется как отрасль благополодъна и цвет красивый царя Володимера, новаго Костянтина, крестившаго Роускую землю (ПСРЛ. Т. 4. Ч. 1. С. 351-352). В 1389 г. по заказу кнг. Марии Александровны, вдовы вел. кн. Столичного Симеона Иоанновича Гордого, был вышит воздушное пространство Спас Нерукотворный с грядущими святыми, где в числе 8 святых представлены вмч. Димитрий Солунский и В. С.- св. покровители князей Димитрия Донского и Владимира Храброго. В нач. XV в. на княжеском дворе в садех за Москвой (совр. Старосадский пер. в Москве) уже существовала каменная ц. во имя В. С. (упом. в духовной грамоте вел. кн. Столичного Василия I Димитриевича. составленной ок. 1417.- ДДГ. № 21. С. 58; в 1514-1516 на месте этого храма архит. Алевиз Новый выстроил церковь с тем же посвящением (ПСРЛ. Т. 30. С. 141), храм много раз перестраивался, в 1991 в нем возобновились богослужения).

Осада Корсуни войском кн. Владимира. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 60 об.)

Осада Корсуни войском кн. Владимира. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 60 об.)

В 1-й пол. XV в. почитание В. С. купило черты церковно-гос. празднования. В ходе борьбы против Флорентийской унии на рус. почве была сформулирована мысль о преемственности Столичной Руси по отношению к Киевской, отразившаяся, например, в формуляре великокняжеских грамот, неотъемлемым элементом к-рых стало обращение к нашему прародителю, святому и равноапостольному великому князю Киева и всея Руси Владимиру ( Поппе. С. 44). Поминание великаго и благочьстиваго царя и князя Владимира включается в предисловия к синодикам мон-рей и кафедральных соборов (Синодик ростовского Успенского собора, 2-я четв. XV в.- РНБ. Кир.-Бел. № 6/1083. Л. 300-302 об. 80-е гг. XV в.; Синодик Успенского собора Кремля , XVI в. // ДРВ. М. 17872. Ч. 6. С. 438, 491). О почитании В. С. столичными вел. князьями свидетельствует кроме этого пелена Богоматерь Смоленская со святыми (сер. XV в.), вышитая по заказу вел. кнг. Марии Борисовны, супруги вел. кн. Столичного Иоанна III Васильевича ,- на правой кайме пелены изображен В. С. Портрет Крестителя Руси присутствует в росписях Благовещенского собора Кремля (сейчас существующие фрески 1547-1551 гг. сохранили программу росписи 1508 г.). В это время княжеское служение начинает восприниматься как подвиг, сопряженный со святостью. В то время, когда вел. кн. Василий III Иоаннович желал перед смертью принять монашеский постриг, соперники пострижения говорили ему: Князь великий Владимер Киевский умре не в чернцах, не сподобися ли праведного спокойствия? И иные великие князи не в чернцах преставилися, не с праведными ли обрели покой? (ПСРЛ. Т. 6. С. 273-274).

Собор во имя равноап. кн. Владимира в Херсонесе. 1861-1891 гг. Архит. Д. И. Гримм. Фотография. 2004 г.

Собор во имя равноап. кн. Владимира в Херсонесе. 1861-1891 гг. Архит. Д. И. Гримм. Фотография. 2004 г.

Сребреник кн. Владимира IV типа. Кон. X. - нач. XI в. Аверс, реверс

Сребреник кн. Владимира IV типа. Кон. X. - нач. XI в. Аверс, реверс

Равноапостольные имп. Константин и кн. Владимир. Резные изображения из ц. свт. Власия в Ярославле. Кон. XVII в. (ГМЗРК)

Равноапостольные имп. Константин и кн. Владимир. Резные изображения из ц. свт. Власия в Ярославле. Кон. XVII в. (ГМЗРК)

Равноапостольные имп. Константин и кн. Владимир. Резные изображения из ц. свт. Власия в Ярославле. Кон. XVII в. (ГМЗРК)

Равноапостольные имп. Константин и кн. Владимир. Резные изображения из ц. свт. Власия в Ярославле. Кон. XVII в. (ГМЗРК)

В XVI в. крестильное имя Владимир распространяется в боярской и дворянской среде. В. С. был небесным покровителем старицкого кн. Владимира Андреевича, двоюродного брата царя Иоанна Сурового. В. С. изображен в пророческом ряду на кайме плащаницы 1561 г. из Успенского собора Кремля , вышитой в мастерской кнг. Евдокии (Евфросинии) Старицкой (впосл. эта плащаница стала примером для мн. монументов рус. шитья, см. Маясова. С. 52. Прим. 32). Над могилой Владимира Ивановича Воротынского, участника взятия Казани, погребенного в Кирилловом Белозерском в честь Успения Пресв. Богородицы супруг. мон-ре. в 1554 г. на средства его вдовы была выстроена ц. во имя В. С. ставшая впосл. фамильной усыпальницей Воротынских.

Равноап. Князь Владимир. Картина из Анфологиона. К. 1619. Л. 1032 (РГБ)

Равноап. Князь Владимир. Картина из Анфологиона. К. 1619. Л. 1032 (РГБ)

В XVI - нач. XVIII в. храмов и престолов во имя В. С. было освящено не большое количество: в 1536 г. на полатех новгородской ц. во имя св. князей Бориса и Глеба в Плотниках, выстроенной в 1377 г. существовал придел во имя В. С. вероятно освященный раньше ( Макарий (Миролюбов). Ч. 1. С. 342); в 1644 г. во имя Крестителя Руси был освящен престол ярославского Успенского собора, выстроенного вместо сгоревшего в 1504 г. (храм снесен в 1937); в 1704 г. В. С. был посвящен верхний храм столичной ц. во имя князей-страстотерпцев Бориса и Глеба в Зюзине (в 1989 в храме возобновлены богослужения).

Равноап. кн. Владимир (в 1-м ряду в центре). Фрагмент иконы Походная церковь. 70-е гг. XVI в. (ТОКГ)

Равноап. кн. Владимир (в 1-м ряду в центре). Фрагмент иконы Походная церковь. 70-е гг. XVI в. (ТОКГ)

В эру России почитание В. С. купило выделено гос. темперамент. 1 окт. 1789 г. в С.-Петербурге во имя В. С. освящен основной престол нового храма, выстроенного на месте ц. во имя свт. Николая на Мокруше. В 1825 г. на протяжении визита Севастополя имп. Александром I, по докладу главнокому Черноморским флотом А. С. Грейга было решено о сооружении в Херсонесе храма в память о Крещении Руси. В 1842 г. по инициативе адм. М. П. Лазарева было решено возвести собор во имя В. С. не в Херсонесе, а на центральном бугре Севастополя. Закладка собора (по проекту архит. К. А. Тона) состоялась 15 июля 1854 г. Еще не достроенный, он стал монументом рус. воинской славы, в склепе нижнего храма, освященного в 1881 г. во имя свт. Николая Чудотворца, были похоронены адмиралы Лазарев, В. А. Корнилов, В. И. Истомин, П. С. Нахимов и др. участники обороны Севастополя в ходе Крымской войны (1853-1856). В 1888 г. произошло освящение верхнего храма собора во имя В. С. (в 1932 собор был закрыт, богослужения в нем возобновились в 1991).

Родословное древо русских князей и царей. Миниатюра из Синодика царевны Татианы Михайловны. 60-80-г гг. XVII в. (ГИМ. 80370. Воскр. № 66)

Родословное древо русских князей и царей. Миниатюра из Синодика царевны Татианы Михайловны. 60-80-г гг. XVII в. (ГИМ. 80370. Воскр. № 66)

В 1850 г. в соответствии с указом Святейшего Синода о восстановлении в Крыму древних святых мест в Херсонесе открылся супруг. мон-рь во имя В. С. На протяжении Крымской войны первые монастырские постройки были стёрты с лица земли, обитель возродилась по окончании окончания войны на средства севастопольских купцов Телятниковых. С 1858 г. в сутки памяти Крестителя Руси от Адмиралтейского собора Севастополя к мон-рю каждый год совершался крестный движение. В 1859 г. в мон-рь были переданы частицы мощей В. С. ранее хранившиеся в малой церкви Зимнего дворца. 23 авг. 1861 г. имп. Александр II и имп. Мария Александровна заложили камень в основание Владимирского собора в Херсонесском мон-ре. В 1867 г. ктитором храма стал вел. кн. Владимир Александрович, в том же году закончилось строительство нижнего храма во имя В. С. в 1891 г. во имя Крестителя Руси был освящен основной престол верхнего храма. Количество нижней церкви собора, выстроенного по проекту акад. Д. И. Гримма, включил в себя старую базилику в честь Рождества Пресв. Богородицы, в к-рой, по существовавшему тогда преданию, был крещен В. С. Перед иконостасом на месте купели была установлена темно-серая мраморная плита, инкрустированная белым крестом, с памятной надписью о Крещении В. С. Перед плитой был аналой с частицами мощей равноапостольного князя. 31 янв. 1924 г. Херсонесский мон-рь был упразднен, 2 окт. власти закрыли собор. В 1992 г. во Владимирском соборе Херсонеса возобновлено богослужение, в наст. время восстановлена нижняя церковь собора.

Равноап. кн. Владимир, святые князья Борис и Глеб. Икона. 1675 г. (ГМЗК)

Равноап. кн. Владимир, святые князья Борис и Глеб. Икона. 1675 г. (ГМЗК)

15 июля 1862 г. в связи с празднованием 1000-летия России был заложен Владимира равноапостольного князя собор в Киеве (окончательный проект принадлежит архит. А. В. Беретти), завершенный в 1896 г. В 1888 г. в то время, когда праздновалось 900-летие Крещения Руси, соборы во имя В. С. были выстроены в Воронеже, Иркутске и др. городах. В 1894 г. во имя равноапостольных В. С. и кнг. Ольги был освящен престол Преображенского собора Угрешского во имя свт. Николая Чудотворца супруг. мон-ря. В 1903 г. открылся иркутский супруг. мон-рь во имя В. С. В Перервинском во имя свт. Николая Чудотворца супруг. мон-ре юж. придел собора в честь Иверской иконы Пресв. Богоматери (1904-1908) был посвящен В. С. В наст. время равноап. Просветителю Руси посвящают новооткрывающиеся обители (в с. Коленковцы Черновицкой обл. на Украине (1997), в с. Горешть в Молдавии (2000)) и храмы: на средства приходов в 1991 г. выстроен крестильный храм при столичной ц. во имя свт. Николая Чудотворца в Кузнецкой слободе, в 1999 г.- Владимирская ц. в Ярославле.

Ист. древнерусские: ПСРЛ. Т. 1. Стб. 69-131; Т. 2. Стб. 57-118 (и по указ.); Т. 9. С. 35-70; НПЛ. С. 121-169 (и по указ.); ДРКУ. С. 12-84; Шахматов А. А. Корсунская легенда (см. в разд. Лит.). С. 1074-1077 (46-49 в отд. отт.) [Житие особенного состава]; Славнитский М. Канонизация св. кн. Владимира и работы ему по монументам XIII-XVII вв. // Странник. 1888. № 6/7. С. 197-237; Соболевский А. И. Монументы древнерус. лит-ры, посвящ. Владимиру Святому // ЧИОНЛ. 1888. Кн. 2. Отд. 2. С. 15-17, 24-30; Срезневский В. И. Память и похвала кн. Владимиру и его Житие по сп. 1494 г. // ЗИАН. Ист.-филол. отд. 1897. Т. 1. № 6; Никольский Н. К. Мат-лы для истории древнерус. духовной письменности. СПб. 1907. С. 8-21. (СбОРЯС; Т. 82, № 4) [Слово о том, како крестися Владимир, возма Корсунь]; Серебрянский Н. И. Древнерус. княжеские жития. М. 1915. С. 14-26; Жития св. мучеников Бориса и Глеба и работы им / Пригот. к печ. Д. И. Абрамович. Пг. 1916. С. 1-7; Зимин А. А. Память и похвала Иакова Мниха и Житие кн. Владимира по старейшему перечню // КСИС. 1963. Вып. 37. С. 65-72; Молдован А. М. Слово о законе и благодати Илариона. К. 1984; Князевская О. А. Отрывок древнерус. рукописи кон. XII - нач. XIII в. // Litterae slavicae Medii aevi: F. V. Mares sexagenario oblatae. Munch. 1985; Назаренко А. В. Нем. латинояз. источники IX-XI вв. Тексты, пер. коммент М. 1993; Макарий (Миролюбов), архим. Археол. описание церк. древностей в Новгороде и его окрестностях. СПб. 2003; иностранные: [Асох'ик]. Общая история Степаноса Таронского, Асох'ика по прозванию, писателя XI ст. / Пер. Н. Эмина. М. 1864; Розен В. Р. Имп. Василий Болгаробойца: Извлеч. из летописи Яхъи Антиохийского. СПб. 1883 [араб. ориг. и рус. пер.]; Regel W. Analecta Byzantino-Russica. St.-Pb. 1891 (см. кроме этого рус. пер. Голубинский. История РЦ. Т. 1. С. 248-252; Кримський А. Кезма Т. Оповiдання арабського iсторика XI в. Абу Шоджi Рудраверського про те, як охрестилася Русь // Ювiлейний зб. на пошану акад. Д. Багалiя. К. 1927. С. 383-395; Die Chronik des Bischofs Thietmar von Merseburg und ihre Korveier Uberarb. / Hrsg. R. Holtzmann. В. 1935. (MGH. Scr. rer. Germ. NS; T. 9) [лат. ориг.; рус. коммент. пер. Назаренко А. В. Нем. латинояз. источники IX-XI вв: Тексты, пер. коммент. М. 1993]; Kawerau P. Arabische Quellen z. Christianisierung Russlands. Wiesbaden, 1967. (Osteuropastud. d. Hochschulen d. Landes Hessen. R. II: Marburger Abhandl. z. Geschichte u. Kultur Osteuropas; Bd. 7) [араб. ориг. и нем. пер.]; Ioannis Scylitzae Synopsis historiarum / Rec. I. Thurn. В.; N. Y. 1973. (CFHB; Vol. 5); List Brunona do krola Henryka / Wyd. J. Karwasinka // MPH. N. S. 1973. T. 4/3; Джаксон Т. H. Исландские королевские саги о Вост. Европе (с старейших времен до 1000 г.): Тексты, пер. коммент. М. 1993. С. 117-219 [Сага об Олаве Трюгвасоне]; Сотникова М. П. Старейшие рус. монеты X-XI вв. Кат. и исслед. М. 1995. С. 19-96. № 1-176; Правильный рассказ о том, как был крещен народ россов / Пер. Л. И. Щеголевой // Древнерус. лит-ра: Восприятие Запада в XI-XIV вв. М. 1996. С. 237-242).

Лит. Соловьев. История. Т. 1; Малышевский И. И. В то время, когда и где в первый раз установлено празднование памяти св. Владимира 15 июля? // ТКДА. 1882. № 1. С. 45-69; Владимирский сб. В память 900-летия Крещения Руси. К. 1888; Голубинский. История канонизации. С. 63-63; он же. История РЦ. Т. 1/1-2; Завитневич В. З. Владимир Святой как полит. деятель. К. 1888; Соболевский А. И. В каком году крестился св. Владимир? // ЖМНП. 1888. Июнь. Ч. 2. С. 396-403; Матченко И. П. Св. равноап. кн. Владимир - просветитель Руси: 900-летие Крещения Руси // Странник. 1888-1889 (отд. изд. СПб. 1889); Левитский Н. Наиболее значимые источники для определения времен Крещения Владимира и Руси и их данные: (По поводу мнения проф. Соболевского) // ХЧ. 1890. Т. 1. № 3/4. С. 370-421; № 5/6. С. 687-740; Т. 2. № 7/8. С. 147-174; № 9/10. С. 318-368; Никольский Н. К. К вопросу об источниках летописного сказания о св. Владимире // ХЧ. 1902. Июль. С. 89-106; Шахматов А. А. Один из источников летописного сказания о Крещении Владимира // Сб. ст. по славяноведению, посвящ. проф. М. С. Дринову. Х. 1905. С. 63-74; он же. Корсунская легенда о Крещении Владимира // Сб. ст. посвящ. проф. В. И. Ламанскому по случаю 50-летия его ученой деятельности. СПб. 1906. Т. 2. С. 1029-1153 (отд. отт. СПб. 1906); он же. Разыскания о старейших рус. летописных сводах. СПб. 1908 (особенно С. 13-28, 133-161); он же. Повесть временных лет и ее источники // ТОДРЛ. 1940. Т. 4. С. 122-149; Шестаков С. П. Очерки по истории Херсонеса в VI-X вв. Прил. 4: К вопросу о месте Крещения кн. Владимира. М. 1908. С. 125-137. (Монументы христ. Херсонеса; Вып. 3); Бертье-Делагард А. Л. Как Владимир осаждал Корсунь // ИОРЯС. 1909. Т. 14. Кн. 1. С. 1-67; Приселков М. Д. Очерки по церк.-полит. истории Киевской Руси Х-XII вв. СПб. 1913, 2003р. С. 20-38; Грушевський М. С. iсторiя Украiни-Русi. К. 19133. К. 1991р. С. 478-538; Серебрянский Н. И. Древнерус. княжеские жития. М. 1915. С. 43-81 (2-я паг.); Шмурло Е. В то время, когда и где крестился Владимир Св. Прага, 1928; Baumgarten N. Le dernier mariage de St. Vladimir // OrChr. 1930. Vol. 18, № 2. P. 165-168; Рыдзевская Е. А. Легенда о кн. Владимире в саге об Олаве Трюгвасоне // ТОДРЛ. 1935. Т. 2. С. 5-20; Владимирский сб. В память 950-летия Крещения Руси: 988-1938. Белград, [1938]; Жданов Р. В. Крещение Руси и Начальная летопись // ИЗ. 1939. Т. 5. С. 3-30; Каргер М. К. К вопросу о саркофагах кн. Владимира и Анны // КСИИМК. 1940. Кн. 7. С. 76-80; Пархоменко В. А. Темперамент и значение эры Владимира, принявшего христианство // УЗ ЛГУ. Сер. ист. наук. 1941. № 8. С. 202-213; Соловьев А. В. О печати и титуле Владимира Св. // BSl. 1947/1948. Т. 9. Р. 31-45; Hellmann M. Vladimir der Heilige in der zeitgenossischen abendlandisehen Uberlieferung // JGO. 1959. Bd. 7. S. 397-112; Пашуто В. Т. Внешняя политика Др. Руси. М. 1968 (по указ.); Львов А. С. Изучение Речи философа // Монументы древнерус. письменности: Язык и текстология. М. 1968. С. 333-396; Рорре A. The Political Background to the Baptism of Rus': Byzantine-Russian Relations between 986-988 // DOP. 1976. Vol. 30. P. 197-244 (перепеч. Рорре А. The Rise of Christian Russia. L. 1982. N II); idem. Vladimir, prince chretien // Le origini e lo sviluppo della cristianita slavo-bizantina / Ed. S. W. Swierkosz-Lenart. R. 1992. P. 43-58. (Nuovi studi storici; T. 17); Poppe D. Poppe A. Dziewosleby о porfirogenetke Anne // Cultus et cognitio: In honorem A. Gieysztor. Warsz. 1976. S. 451-468; Schreiner P. Ein wiederaufgefundener Text der Narratio de Russorum conversione und einige Bemerkungen zur Christianisierung der Russen in byzant. Quellen // Bbl. 1978. T. 5. S. 297-303; Рапов О. М. О дате принятия христианства кн. Владимиром и киевлянами // ВИ. 1984. № 6. С. 34-47; он же. Еще раз о датировке взятия Корсуня кн. Владимиром // ВВ. 1988. Т. 49 (74). С. 190-194; Богданова Н. М. О времени взятия Херсона кн. Владимиром // ВВ. 1986. Т. 47(72). С. 39-46 (см. кроме этого: ВВ. 1988. Т. 49. С. 195-201); M u ller L. Die Taufe Russlands. Munch. 1987. S. 92-116; он же. Рассказ Повести временных лет о крещении Владимира Святославича // Мюллер Л. Осознать Россию: Ист.-культурные исслед. М. 2000. С. 60-70; Vodoff V. Naissance de la Chretiente russe. P. 1988 (по указ.); Tausend Jahre Christentum in Russland: Zum Millenium der Taufe der Kiever Rus' / Hrsg. K. Ch. Felmy, G. Kretschmar, F. von Lilienfeld, C.-J. Roepke. Gott. 1988; Obolensky D. Cherson and the conversion of Rus': An anti-revisionist View // BMGS. 1989. Vol. 13. P. 244-256; Щапов Я. H. Государство и церковь Др. Руси Х-ХШ вв. М. 1989 (по указ.); Proc. of the Intern. Congress Commemorating the Millenium of Christianity in Rus'-Ukraine / Ed. O. Pritsak, I. Sevcenko, M. Labunka. Camb. (Mass.), 1990. (HUS; Vol. 12/13); Shepard J. Some remarks on the sources of the Conversion of Rus' // Le origini e lo sviluppo. P. 59-96; Беляев С. А. Поход кн. Владимира на Корсунь: (Его последствия для Херсонеса) // ВВ. 1991. Т. 51(76). С. 153-164; он же. О названии церкви, в к-рой был крещен кн. Владимир // ДРВм. 2001. № 2 (4). С. 50-68; Seibt W. Der hist. Hintergrund und die Chronologie der Taufe der Rus' (989) // The Legacy of Saints Cyril and Methodius to Kiev and Moscow / Ed. A.-E. Tachiaos. Thessal. 1992; Арранц М. О Крещении кн. Владимира // Тысячелетие введения христианства на Руси, 988-1988. [М.], 1993. С. 61-76; Архипов А. К. К изучению сюжета о выборе веры (Повесть временных лет и еврейско-хазарская переписка) // Jews and Slavs. Jerusalem; St.-Pb. 1993. Vol. 1. P. 20-43; Васильев М. А. Вел. кн. Владимир Святославич: от языческой реформы к Крещению Руси // Славяноведение. 1994. № 2. С. 38-55; Назаренко А. В. Русь и Германия в IX-X вв. // Старейшие гос-ва в России, 1991 г. М. 1994. С. 99-131; он же. Др. Русь на междунар. дорогах: Междисциплинарные очерки культурных, торговых, полит. связей IX-XII вв. М. 2001. С. 339-450; Пономарёв А. Л. Сериков Н. И. 989 (6496) год - год Крещения Руси: (Филол. анализ текстов, астрология и астрономия) // Причерноморье в Средние века. М. 1995. Вып. 2. С. 4, 60-182; Милов Л. В. Легенда либо действительность? (О неизв. реформе Владимира и Правде Ярослава) // Древнее право. М. 1996. № 1. С. 201-218; Подскальски Г. Христианство и богосл. лит-ра в Киевской Руси (988-1237 гг.). СПб. 1996 (по указ.); Карпов А. Ю. Владимир Святой. М. 1997. (ЖЗЛ); Поппе А. В. Владимир Святой: У истоков церк. прославления // Византинороссика. 2000. Т. 2. С. 9-55; Янин В. Л. Зализняк А. А. Берестяные грамоты из новгородских раскопок 1999 г. // ВЯ. 2000. № 2; Korpela J. Prince, Saint and Apostle: Prince Vladimir Svjatoslavic of Kiev, his Posthumous Life, and the Religious Legitimization of the Russian Great Power. Wiesbaden, 2001; Успенский Б. В то время, когда был канонизирован кн. Владимир Святославич? // Palaeoslavica. 2002. Т. 10. № 2. P. 271-281; Жиленко I. В. Описи знайдення мощей св. рiвноапостольного кн. Володимира свт. Петром Могилою // Могилянськi читання, 2002 р. Зб. наук. праць. К. 2003. С. 196-204; [Клосс] Б. М. Житие кн. Владимира // Письменные монументы истории Др. Руси. СПб. 2003. С. 199-201; Щапов Я. Н. Память и похвала кн. Владимиру Святославичу Иакова мниха и Похвала кнг. Ольге // Письменные монументы истории Др. Руси. СПб. 2003. С. 181-185; Маясова Н. А. Снова полученный шедевр // ГММК. Мат-лы и исслед. М. 1995. Т. 10: Древнерус. худож. шитье. С. 39-52; Силкин А. В. Малоизвестный монумент Строгановского лицевого шитья из г. Хлынова // Там же. С. 131, 133.

упоминается уже в каноне князьям-страстотерпцам Борису и Глебу в Минее служебной 1-й пол. XII в. (РГАДА. Ф. 381. № 122). Старейший перечень служебной Минеи, содержащей стихиры и канон В. С. датируется сер. XIV в. (РНБ. Соф. № 382. Л. 67-71 об.). В тексте канона имеется упоминания, свидетельствующие о том, что он был создан, в то время, когда существовала церковь, освященная во имя равноап. кн. Владимира: Придете вси, снидетется к честьней церкви Володимера святого, нареченаго Василия, преблаженаго великаго князя угодника Христова преславнаго (Соф. № 382. Л. 69; тот же текст имеется и в др. перечнях XIV-XV вв. Соф. № 209. Л. 131; Соф. № 386. Л. 77 об.). Видится в каноне и эпизод ниспровержения идолов Перуна и проч. языческих всевышних на месте строительства церкви: Божественною волею твоею безбожнаго Перуна и кущю бесовьскую скрушивъ, и къ опаши коньстии привязавъ, повеле бити воиномъ идолы (РНБ. Соф. № 382. Л. 68 об.). В стихире О преславное чюдо из того же перечня говорится о связи имен свт. Василия Великого и В. С. сравниваемых, как в Слове митр. Илариона, с ап. Павлом: От лица днесь Василия веселяхутьс, въ честнеи его церкви, и царствует Христос Всевышний, обретевъ его яко Паула преже, и поставивъ князя вернаго на земли своеи (РНБ. Соф. № 382. Л. 67).

М. Славнитский распознал 3 редакции работы В. С. (XIII, XV и XVI вв.) и сделал вывод, что в печатные минеи XVII-XIX вв. не вошли многие из старейших текстов. В ряде нотированных рукописей XVI-XVII вв. (напр. РНБ. Кир.-Бел. № 586/843) содержится работа, неск. песнопений к-рой повествуют об отношениях В. С. с Хазарией.

Самый ранний нотированный источник, содержащий стихиры В. С. был распознан прот. Василием Металловым и датируется кон. XIV в. (РГБ. Ф. 113. № 3. Л. 183-183 об.). Со временем работа В. С. была обогащена новыми вариантами и редакциями распевов: так, в полном Стихираре сер. XVII в. (РГБ. Ф. 379. № 66. Л. 331 об.-339 об.) 11 стихир В. С. имеют надписание ино знамя. Существует кроме этого путевая редакция песнопений В. С. (напр. РНБ. Кир.-Бел. № 623/889).

Тексты песнопений В. С. размещены в трудах митр. Макария (Булгакова) (История Русской Церкви: В 2 т. СПб. 1857. Т. 1. С. 250-254), И. К. Куприянова (Обозрение пергаменных рукописей новгородской Софийской б-ки. СПб. 1857. С. 69), Е. Е. Голубинского (История РЦ. М. 1881. Т. 1. Ч. 2. С. 443-444), Славнитского. Муз. текст 2 стихир В. С. издавался прот. В. Металловым, Р. Паликаровой-Вердей. Н. С. Серёгиной.

Лит. Славнитский М. Канонизация св. князя Владимира и работы ему по перечням XIII-XVII вв. с прил. двух неизд. работ по рукописям XIII и XVI вв. // Странник. 1888. № 5/6. С. 197-238; Соболевский А. И. Монументы древнерус. лит-ры, посвящ. Владимиру Святому // ЧИОНЛ. 1888. Кн. 2. Отд. 2. С. 7-12, 17-30, 45-58; он же. Память и похвала св. Владимиру и Сказание о св. Борисе и Глебе // ХЧ. 1890. Ч. 1. С. 791-795; Срезневский В. И. Мусин-Пушкинский сб. 1414 г. в копии нач. XIX в. СПб. 1893. С. 18; Яблонский В. Пахомий Серб и его агиогр. писания. СПб. 1908. С. 198-217; Металлов В. М. Русская семиография. СПб. 1912. Табл. 62; Бугославский С. А. К лит. истории Памяти и похвалы кн. Владимиру // ИОРЯС. 1925. Т. 29. С. 105-159; Федотов Г. П. Канонизация св. Владимира // Владимирский сб. Белград, 1939. С. 188-196; Palikarova-Verdeil R. La musique byzantine chez les bulgares et les russes. Copenhague, 1953. P. 169-170; Розов Н. Н. Рукописная традиция Слова о законе и благодати // ТОДРЛ. 1961. Т. 17. С. 42-53; Подобедова О. И. Столичная школа живописи при Иване IV. М. 1972. С. 10-21; Высоцкий С. А. Ктиторская фреска Ярослава Умного в Киевской Софии // ДРИ. М. 1988. [Вып.:] Художественная культура X - 1-й пол. XIII в. С. 120-134; Серегина Н. С. Песнопения рус. святым: (По мат-лам рукописной певч. книги XI-XIX вв. Стихирарь месячный). СПб. 1994. С. 66-73, 244-249, 300-309.

Старейшие изображения сохранились на монетах В. С.- т. н. златниках и сребрениках, чеканенных по окончании Крещения Руси, на рубеже X-XI вв. к-рые в иконографическом отношении являются переработанным повторением визант. солидов и милиарисиев X в. и имп. печатей того же времени. На лицевой стороне златников и сребреников помещено изображение В. С. по примеру поясных имп. портретов на визант. монетах и печатях, но дополненное схематичным изображением ног и превратившееся в портрет правителя, восседающего на престоле (в визант. монетной иконографии того периода подобный тип уже не употреблялся). Для всех монетных изображений князя свойственны неспециализированные физиогномические показатели и атрибуты: В. С. с усами и выбритым подбородком, в плаще, с крестом в правой руке и в имп. венце с подвесками-пендулиями (согласно точки зрения М. П. Сотниковой, на нек-рых штемпелях вырезано изображение рус. высокой шапки). На оборотной стороне монет I типа находится поясное изображение Христа Вседержителя с закрытым Евангелием. К числу изюминок I типа, не имеющих аналогов в визант. монетах, относятся размещенный над левым плечом В. С. княжеский символ-трезубец (на монетах II-IV типов видится на обороте) и надпись: Владимир на столе либо Владимир, а се его злато/сребро (первую считают наиболее ранней), на сребрениках др. типов оба варианта легенды объединены. Известен экземпляр сребреника IV типа с неповторимой надписью, показывающей языческое и христ. имена князя: Владимире серебро святаго Василя. На монетах II и IV типов В. С. представлен с нимбом.

Рогнеда, Супруга кн. Владимира, покушается на жизнь мужа. Миниатюра из Радзивиловской летописи Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 163)

Рогнеда, Супруга кн. Владимира, покушается на жизнь мужа. Миниатюра из Радзивиловской летописи Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 163)

Нельзя исключать, что раннее посмертное изображение В. С. входило в состав ктиторской композиции, размешавшейся в зап. части собора Св. Софии в Киеве (40-е гг. XI в.). С. А. Высоцкий думал, что в центре ктиторской фрески по сторонам Христа на престоле были представлены В. С. и кнг. Ольга, за к-рыми следовали кн. Ярослав с храмом в руках, кнг. Ирина и их дети.

Подробный цикл миниатюр (ок. 60), иллюстрирующий рассказ о правлении В. С. содержится в Радзивиловской летописи кон. XV в. (БАН. 34.5.30), иллюстрации к-рой, как полагают, восходят к лицевому протографу раннего XIII в. либо к неск. лицевым рукописям домонг. времени. Согласно точки зрения Д. В. Айналова, миниатюристы Радзивиловской летописи кроме этого пользовались древними лицевыми житиями князей-страстотерпцев Бориса и Глеба, кнг. Ольги и В. С. Основной цикл миниатюр, посвященных княжению В. С. занимает страницы 37-74, раскрывается изображением вокняжения В. С. в Новгороде (970) и заканчивается сценой его погребения в Десятинной ц. (1015). На страницах 163-163 об. находятся миниатюры, к-рые соответствуют летописному известию под 1128 г. (женитьба В. С. на Рогнеде, ее покушение на В. С. заступничество за мать Изяслава и основание Изяславля). В. С. в большинстве случаев, представлен средовеком, с небольшой бородой, в княжеской шапке, рубахе и плаще. В сцене Крещения он продемонстрирован с нимбом, к-рый время от времени видится и в др. миниатюрах, соответствующих христ. периоду жизни князя (строительство Десятинной ц. поход на печенегов). Изображения вручения меча Борису и тайного выноса тела В. С. из терема в Берестове по приказу кн. Святополка находят аналогии в начальных сценах житийных циклов Бориса и Глеба в лицевых рукописях и иконах XIV-XVII вв.

Равноапостольные кн. Владимир и кнг. Ольга. Фрагмент иконы Собор святых князей, княгинь и княжон из собора во имя равноап. кн. Владимира в С.-Петербурге. XIX в.

Равноапостольные кн. Владимир и кнг. Ольга. Фрагмент иконы Собор святых князей, княгинь и княжон из собора во имя равноап. кн. Владимира в С.-Петербурге. XIX в.

Не считая Радзивиловской летописи изображение В. С. существовало в Голицынском томе Лицевого летописного свода 70-80-х гг. XVI в. (РНБ. F. IV. 225). На потерянном л. 55 (см. Арциховский. С. 118; воспроизведен: в ПСРЛ. Т. 9. СПб. 1862. М. 2000р. Цв. вкл.), под 1128 г. князь (с маленькой бородой и в закрытом венце) был представлен пирующим с женами, взятыми им по окончании рождения Изяслава.

Точные изображения В. С. домонг. периода малоизвестны в отличие от громадного количества сохранившихся изображений князей-страстотерпцев Бориса и Глеба, с образами к-рых уже на ранних этапах развития иконография В. С. была тесно связана (см. ст. Борис и Глеб ). Предположения нек-рых ученых о том, что В. С. был изображен на фресках таких домонг. храмов, как собор Успения Пресв. Богородицы во Владимире либо ц. Преображения Господня на Нередице ( Петров. 1888(2); Sycev. 1932), из-за плохой сохранности либо разрушения монументов не смогут принимать во внимание доказанными.

Греч. проповедник воображает кн. Владимиру изображение Спасителя. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 58)

Греч. проповедник воображает кн. Владимиру изображение Спасителя. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 58)

Возможно, сложение иконографии В. С. связано с Вел. Новгородом и приходится на предел XIII-XIV вв. По предположению Т. Ю. Царевской, изображение В. С. как старца в светло синий кафтане и красном плаще сохранилось в росписи диаконника ц. свт. Николы на Липне недалеко от Вел. Новгорода (между 1292-1299) (см. Царевская Т. Ю. Новые информацию о составе росписей церкви Николы на Липне // ДРИ. СПб. 1997. [Вып.:] Русь: Византия: Балканы: XIII век. С. 421 (схема), 426, 429-430). В 1311 г. архиеп. Давид возвел на воротах новгородского Детинца первую на Руси церковь во имя равноап. кн. Владимира, для к-рой должны были написать храмовый образ. Быть может, с старейшими изображениями В. С. могла быть связана потерянная в XX в. икона, к-рая происходила из той же церкви и хранилась в Никольской часовне новгородского Детинца ( Макарий (Миролюбов), архим. Археологическое описание церк. древностей в Новгороде и его окрестностях. М. 1860. Ч. 2. С. 104; Гусев. 1921. Табл. VI). На данной иконе (XVI в.?) в отличие от известных ранних иконных изображений В. С. был представлен по пояс, с крестом и свитком с надписью, воспроизводившей текст молитвы В. С. по окончании Крещения жителей Киева. Рядом с фигурой В. С. размещались изображения мучеников Кирика и Иулитты, чья память кроме этого празднуется 15 июля, а по сторонам лика князя находились полуфигуры его сыновей Бориса и Глеба в круглых медальонах. Отдельные поясные изображения В. С. были редки в средневек. искусстве (одно из немногих исключений - поясное изображение В. С. на иконе XVII (?) в. в иконостасе юж. придела ц. свт. Николая на Рогожском кладбище в Москве; икона В. С. со Спасителем на верхнем поле упом. кроме этого в Описи Кирилло-Белозерского мон-ря 1601 г. Опись строений. 1998. С. 60).

Равноап. кн. Владимир. Роспись Архангельского собора Кремля . 1652-1666 гг.

Равноап. кн. Владимир. Роспись Архангельского собора Кремля . 1652-1666 гг.

В кон. XIV - 1-й пол. XV в. изображения В. С. стали широко распространены, в первую очередь в Вел. Новгороде (фреска ц. вмч. Феодора Стратилата на Ручью, посл. треть XIV в.) и Москве (воздушное пространство кнг. Марии Тверской, 1389, ГИМ). К этому времени сформировались основные варианты иконографии В. С. и наиболее устойчивые показатели, зафиксированные позднейшими иконописными подлинниками: седины, тип прически и кудрявой раздвоенной бороды, хороший и от прижизненных изображений на монетах, и от миниатюр Радзивиловской летописи: Образом и брадою аки Иоанн Богослов, а власы на главе кудреваты, аки Минины ( Большаков. Подлинник иконописный. С. 116; см. кроме этого: Иконописный подлинник новгородской редакции кон. XVI в. М. 1873. С. 120). В ряде произведений XVI и особенно XVII вв. В. С. изображается с более широкой, только легко раздвоенной бородой. Постоянными атрибутами В. С. в соответствии с его почитанием как совершенного правителя и просветителя Руси являются клинок в левой руке и крест в правой.

Сребреник кн. Владимира I типа. Кон. X - нач. XI в. Аверс, реверс

Сребреник кн. Владимира I типа. Кон. X - нач. XI в. Аверс, реверс

В нек-рых ранних монументах В. С. представлен в традиц. для старейших княжеских изображений плаще-корзне (фреска ц. вмч. Феодора Стратилата на Ручью), на воздухе 1389 г. он продемонстрирован в накинутой на плечи шубе. Отличительными чертами столичной и новгородской иконографии В. С. являются типы его головного убора: для ранних новгородских произведений (фреска ц. вмч. Феодора Стратилата на Ручью, миниатюры Сильвестровского сборника 2-й пол. XIV в. (РГАДА. Тип. Ф. 381, № 53) и Сборника 1414 г. из собрания А. И. Мусина-Пушкина, более поздний пример - псковская икона Успение Богоматери, Владимир, Борис и Глеб (1-я пол. XVI в. ПИАМ)) обычна княжеская шапка, в то время как для столичных монументов более характерен открытый, значительно чаще городчатый царский венец, зрительно уподобляющий равноап. Крестителя Руси визант. имп. св. равноап. Константину Великому (клеймо иконы Борис и Глеб с житием из Коломны, кон. XIV в. ГТГ; воздушное пространство 1389 г.; пелена Богоматерь Одигитрия Смоленская с избранными святыми, 2-я пол. XV в. ГММК). На базе для того чтобы образа В. С. было создано неповторимое изображение кн. мч. Михаила Черниговского с городчатым венцом на мощевике 2-й пол. XV в. (ГИМ). Уже в XV в. городчатый венец видится на новгородских изображениях В. С.- иконе деисусного чина из собрания И. С. Остроухова (1-я пол. XV в. быть может, ок. 1414 г. из ц. равноап. кн. Владимира в новгородском Детинце (?), сейчас в ГТГ) и иконе-пилюле из новгородского Софийского собора (кон. XV в. ГТГ, музей-квартира П. Д. Корина). Редкой чертой иконы из собрания И. С. Остроухова являются одежды В. С. не рус. плащ либо шуба, а хламида античного патриция с таблионом, характерная для деисусных изображений мучеников. Столь же редкий вариант иконографии представлен на фреске собора в честь Рождества Богоматери в Ферапонтовом мон-ре (1502): князь продемонстрирован в лоратном дивитисии, что сближает его вид с иконографией имп. Константина (эта особенность отражает идею преемственности Столичного страны и Русской церкви по отношению ко Второму Риму - К-полю). В XVI-XVII вв. В. С. постоянно изображается в шубе, к-рая украшается богатым орнаментом, и в городчатом венце, не смотря на то, что в ряде монументов XVII в. снова видятся изображения княжеской шапки (икона Владимир, Борис и Глеб с житием Бориса и Глеба. Кон. XVII - нач. XVIII в. ГВСМЗ). Помимо этого, известны изображения В. С. в царском венце с округлым закрытым верхом: на иконе Владимир, Борис и Глеб (1675, ГМзК). Со 2-й пол. XVII в. вероятно под действием укр. книжной картины, В. С. довольно часто изображали со скипетром и державой (фреска ц. Рождества в Ярославле, 1683).

Равноап. кн. Владимир в сонме русских святых. Фрагмент иконы Все святые, в земле Российской просиявшие из Свято-Троицкой Сергиевой лавры. 2-я пол. XX в. Мастер мон. Иулиания (Соколова)

Равноап. кн. Владимир в сонме русских святых. Фрагмент иконы Все святые, в земле Российской просиявшие из Свято-Троицкой Сергиевой лавры. 2-я пол. XX в. Мастер мон. Иулиания (Соколова)

В росписи новгородской ц. вмч. Феодора Стратилата на Ручью В. С. в первый раз изображен между своими сыновьями. Подобные композиции отражали почитание В. С. как просветителя и защитника Русской земли, от к-рого случились 2 святые отрасли, Борис и Глеб ( Успенский Б. А. Борис и Глеб: Восприятие истории в Др. Руси. М. 2000. С. 43-44), как родоначальника правящей княжеской династии, что показывало на родство рус. князей с Крестителем Русской земли и с его сыновьями-страстотерпцами, традиционно воспринимавшимися покровителями своих сродников-правителей. Тема плотского родства и духовного единения св. князей отыскала еще более полное отражение в особенной разновидности этого извода, к к-рой принадлежала миниатюра новгородского Сборника 1414 г. с минейными статьями на 15 июля (был в собрании гр. Мусина-Пушкина, погиб в столичном пожаре 1812 г.; миниатюра известна по акварельной копии). В. С. был представлен возлагающим руки на плечи склонившихся к нему Бориса и Глеба, отличительная черта этого произведения - отсутствие клинков не только у Бориса и Глеба, но и у В. С. Совместные изображения В. С. Бориса и Глеба в XV-XVI вв. послужили моделью для формирования иконографии др. рус. князей: Феодора, Давида и Константина Ярославских, Константина, Михаила и Феодора Муромских ( Смирнова. 1994. С. 433; Сухова О. А. Житийная икона св. благоверных князей Константина, Михаила и Феодора Муромских: Александр Казанцев, 1714 г. [в печ.]). В большинстве таких композиций в центре стоит князь-отец, по сторонам - юные сыновья, варианты данной схемы известны на иконах XVI в. (ГРМ), где вместо В. С. представлен его небесный покровитель святой свт. Василий Великий, и предела XVII-XVIII вв. (ПИАМ) с изображениями Бориса, Глеба и псковского кн. Всеволода (Гавриила), продолжателя дела бабки В. С. кнг. Ольги, легендарной основательницы псковского Троицкого собора, возобновленного Всеволодом.

Кн. Владимир отправляет сына св. кн. Бориса в поход против печенегов (вверху). Погребальный обряд над телом кн. Владимира (внизу). Сказание о Борисе и Глебе. Сильвестровский сборник. 2-я пол. XIV в. (РГАДА. Ф. 381, № 53. Л. 117)

Кн. Владимир отправляет сына св. кн. Бориса в поход против печенегов (вверху). Погребальный обряд над телом кн. Владимира (внизу). Сказание о Борисе и Глебе. Сильвестровский сборник. 2-я пол. XIV в. (РГАДА. Ф. 381, № 53. Л. 117)

Иконы с изображением В. С. Бориса и Глеба стали широко распространены в XVI-XVII вв. довольно часто в сочетании с житийным циклом Бориса и Глеба на полях. Произведения для того чтобы типа имели возможность предназначаться как для храмов, освященных во имя святых Бориса и Глеба (икона 1545 г. из новгородской ц. святых Бориса и Глеба в Плотниках, ПИАМ; 2-сторонняя икона Богоматерь Владимирская; Владимир, Борис и Глеб XVI в. из ц. святых Бориса и Глеба в Ростове, ГМЗРК), так и для немногочисленных храмов и приделов во имя равноап. кн. Владимира: в соответствии с Описи Кирилло-Белозерского мон-ря 1601 г. храмовой иконой ц. равноап. кн. Владимира служило изображение В. С. Бориса и Глеба (Опись строений. С. 99). В нек-рых монументах XVI-XVII вв. традиц. композиция с фронтальными фигурами князей неск. видоизменяется: на житийной иконе (ГВСМЗ) Борис и Глеб представлены в повороте к отцу, они ниже его ростом (возможно, данный вариант иконографии восходил к произведениям, подобным миниатюре из Сборника 1414 г. либо появился под действием подобных изображений ярославских князей, знаменитых уже во 2-й пол. XVI в.).

Прибытие царевны Анны в Корсунь, приветствие ее кн. Владимиром. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 62)

Прибытие царевны Анны в Корсунь, приветствие ее кн. Владимиром. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34.5.30. Л. 62)

С кон. XIV в. изображение В. С. включали в состав сложных иконографических программ, насыщенных историческими и символическими ассоциациями. На воздухе 1389 г. образ В. С. (соименный святой кн. Владимира Андреевича Серпуховского) был представлен с др. быть может, патрональными изображениями (вмч. Димитрий Солунский, Алексий, человек Божий), с фигурами Бориса и Глеба, и с изображениями Столичных митрополитов. В росписи собора в честь Рождества Богородицы в Ферапонтовом мон-ре изображение В. С. в медальоне на юж. подпружной арке сопоставлено не только с фигурами его сыновей, но и с образом св. Евстафия Плакиды, к-рый, как позднее В. С. обратился к Христу и чьи дети, подобно Борису и Глебу, претерпели мученическую смерть (это сравнение известно кроме этого из Чтения о святых мучениках Борисе и Глебе), с изображениями Иосифа и Вениамина, любимых сыновей прав. Иакова, к-рым уподоблены Борис и Глеб в Сказании о Борисе и Глебе, и с изображениями святых Михаила и Феодора Черниговских, продолжающими тему княжеской святости ( Смирнова Э. С. Роспись подпружных арок собора Ферапонтова мон-ря: Состав фигур и план // К 500-летию создания фресок Дионисия в Ферапонтовом мон-ре: Рус. и поствизант. искусство предела XV-XVI вв. Ферапонтово; Кириллов, 20-24 авг. 2002 г. М. 2002. С. 60-61). В сер. XVI - XVII в. на столпах храмов стали размещать не только фигуры мучеников, но и рус. князей, изображения В. С. в большинстве случаев рядом с сыновьями, стали традиционны для программ храмовых росписей (напр. в соборе Спасского мон-ря в Ярославле, 1563; в ц. Св. Троицы в Вязёмах, ок. 1600; в Рождественском соборе в Суздале, 1636 (под записью 1856), где присутствует и изображение кнг. Ольги; в Успенском соборе Княгинина мон-ря во Владимире (1647-1648); в Спасском соборе Спасо-Евфимиева мон-ря в Суздале (1689), где В. С. представлен в паре с Всеволодом (Гавриилом)). В нек-рых фресковых ансамблях образы В. С. связаны с посвящением храма (роспись св. ворот Кирилло-Белозерского мон-ря (1585) с сюжетами, соответствующими посвящениям монастырских престолов; несохранившееся изображение В. С. на паперти собора того же мон-ря у входа в ц. равноап. кн. Владимира (Опись строений. С. 73, 218). Данный принцип взял развитие в росписи аркасолия с гробницами преподобных Феодора и Павла (30-е гг. XVI в.?) в соборе Борисоглебского мон-ря на Устье: в люнете помещена композиция с Борисом, Глебом и припадающими преподобными Феодором и Павлом, на склонах арки представлены В. С. и свт. Леонтий Ростовский как просветители Руси и Ростовской земли.

Крещение жителей Киева. Роспись Владимирского собора в Киеве. Худож. В.М. Васнецов. 1885-1896 гг.

Крещение жителей Киева. Роспись Владимирского собора в Киеве. Худож. В.М. Васнецов. 1885-1896 гг.

С 1-й пол. XVI в. изображения В. С. с сыновьями довольно часто входили в состав сложных композиций с фигурами святых, объединенных по чинам святости: В. С.- в лике мучеников, рядом в лике апостолов - имп. Константин (иконы О Тебе радуется из Успенского собора в Дмитрове, 1-я треть XVI в. сейчас ГТГ; Покров из собрания Н. П. Лихачёва, 30-40-е гг. XVI в. сейчас ГРМ). Уже во 2-й четв.- сер. XVI в. в то время, когда на аналогичных иконах выделяли группы рус. святых, В. С. все чаще изображался в лике святых царей и князей, как на иконе О Тебе радуется (2-я четв. XVI в. ГРМ), где В. С. помещен во главе группы; на одноименной иконе из новгородской ц. святых Петра и Павла в Кожевниках (ок. 1558, НГОМЗ) В. С. изображен сзади имп. Константина; на иконе Походная церковь (70-е гг. XVI в. ТОКГ) В. С. продемонстрирован рядом с кнг. Ольгой и псковскими князьями. Эта тенденция взяла особенное распространение в искусстве предела XVI-XVII вв. в первую очередь в произведениях, связанных с родом Строгановых, где святые цари и князья образуют независимую группу и одно из наиболее значимых мест заняли образы В. С. Бориса и Глеба (иконы О Тебе радуется из собрания И. С. Остроухова, предел XVI-XVII вв. ГТГ; Неделя всех святых из с. Усть-Кишерть, до 1616, ПГХГ; изображения на створках бессчётных складней с Божией матерью Владимирской в среднике и ликами святых на створках - ГТГ, ГРМ, ПГХГ). C XVI в. изображение В. С. неизменно присутствует на минейных иконах под 15 июля (икона, кон. XVI в. ВГИАХМЗ).

Равноап. кн. Владимир. Икона из деисусного чина. 1-я пол. XV в. (ГТГ)

Равноап. кн. Владимир. Икона из деисусного чина. 1-я пол. XV в. (ГТГ)

В соответствии с идеями эры царя Иоанна IV, в первую очередь актуализацией темы святости правителей и их родословия, изображения В. С. и его ближайших св. сродников стали обязательными в убранстве домовых храмов и палат Кремлевского дворца в Москве сер. XVI в. подчеркивая генеалогическую связь столичных правителей со св. князьями киевского периода и избранность правящего рода Рюриковичей. В галерее изображений рус. князей на столпах Благовещенского собора Кремля (1547-1551) В. С. представлен вместе с кнг. Ольгой, их изображения сопоставлены с др. царственными поборниками Православия: имп. Константином и имп. Еленой, восстановителями иконопочитания имп. Михаилом и имп. Феодорой, и с киевскими, владимирскими и столичными князьями-потомками В. С. ( Самойлова. 2003. С. 32). В росписи 1652-1666 гг. Архангельского собора Кремля , повторявшей программу 1564-1565 гг. напротив В. С. (отличительная черта этого образа - воздетые руки, символизирующие молитву князя о новообращенных людях и о всей Русской земле) - кнг. Ольга, по соседству находятся изображения Бориса и Глеба. Образы В. С. Ольги, Бориса и Глеба, открывающих историю рус. княжеской святости, присутствуют и в росписи лоджии Архангельского собора ( Самойлова. 2002), соседствуя с серией композиций, посвященных Крещению Руси. Сходный цикл, дополненный сценами получения царских регалий кн. Владимиром Мономахом, фигурой В. С. у царского места, находился в несохранившейся росписи Золотой палаты Кремлевского дворца (50-е гг. XVI в.), известной по описанию 1672 г. (см. Забелин. 2000. Т. 1. С. 175, 177). Традиция включения сцен из жизни В. С. в декор парадных дворцовых комнат была продолжена при царе Феодоре Иоанновиче в росписи Грановитой палаты, где В. С. изображен раздающим города своим сыновьям (Там же. С. 183; композиция повторена в сохранившейся росписи 80-х гг. XIX в. выполненной палешанами Белоусовыми). Изображения В. С. много раз видятся в произведениях, являвшихся личными вкладами царя Иоанна IV: полуфигура на кайме шитой катапетасмы для мон-ря Хиландар на Афоне, 1555 г. (в паре с имп. Константином); поясные изображения В. С. Бориса и Глеба на нижнем поле оклада Евангелия 1568 г. из Благовещенского собора Кремля (ГММК), где кроме этого представлены почитавшиеся в царской семье прп. Никита Переяславский и вмц. Анастасия. В качестве небесного покровителя кн. Владимира Андреевича Старицкого В. С. изображен на кайме плащаницы 1561 г. из Успенского собора Кремля , вышитой в мастерской кн. Евфросинии (Евдокии) Старицкой (с 1812 находится в Успенском соборе Смоленска), без сыновей, в паре с прп. Евфросинией, покровительницей матери старицкого князя; на иконе, упомянутой в описи старицкого Успенского мон-ря (Описные книги старицкого Успенского монастыря 7111-1605 г. Старица, 1912. С. 16),- рядом с мч. Андреем Стратилатом, тезоименным кн. Андрею Старицкому.

От чего зависит цвет глаз

Еще одна серьёзная для сер. XVI в. особенность - связь образа В. С. с темой Христова воинства, к-рая отыскала броское отражение в иконе Благословенно воинство Небесного Царя из Успенского собора Кремля (сер. XVI в. ГТГ), где В. С. Борис и Глеб во главе отряда земных воинов и в сопровождении отрядов мучеников следуют за арх. Михаилом, Иисусом Навином и имп. Константином к Небесному Иерусалиму. Восприятие В. С. как воина Христова проявилось в иконе-двуряднице из ц. в честь Входа Господня в Иерусалим в Каргополе (кон. XVI в. ВГИАХМЗ), где В. С. представлен рядом со святыми имп. Константином, Иаковом Персянином, Флором и Лавром, Димитрием, Миной, Никитой, Феодором Тироном и Меркурием.

Новый подъем интереса к образу В. С. со 2-й пол. XVII в. был связан с присоединением Украины, воспринимавшейся как исконное владение рус. правителей - преемников В. С. (напр. строгановская пелена 60-х гг. XVII в. с изображением киевских и черниговских князей В. С. Бориса, Глеба, Николы Святоши, Михаила и Феодора Черниговских, СИХМ), с актуализацией визант. духовного наследия, взятого Русью благодаря В. С. и с вниманием к теме государева родословия с выговором на фигуре В. С. как корня правосл. Столичного царства. Быть может, усиление почитания В. С. было связано с присылкой, возможно до 1640 г. частицы его мощей в Москву митр. Петром (Могилой), для хранения святыни была создана крабица серебряная ( Успенский А. И. Церковно-археологическое хранилище при столичном дворце. М. 1902. С. 57) с вышитым на атласе образом В. С. разумеется восходившим к традиц. надгробным покровам рус. святых.

В XVII в. кроме этого распространялись изображения В. С. в составе родословного древа рус. правителей: так, в росписи (1689) галереи собора Новоспасского мон-ря в Москве - усыпальницы рода Романовых - представлены В. С. и Ольга, поливающие древо с изображениями правителей Рюриковичей (схожая роспись имелась на паперти Успенского собора Крутицкого архиерейского дома в Москве). Эта композиция, напоминавшая икону Симона Ушакова Древо страны Столичного с Иоанном Калитой и митр. Петром, поливающими лозу, показывала на В. С. и Ольгу как просветителей Руси, насадивших древо Богоизбранной династии, к к-рой возводили свой род Романовы. Мысль преемственности Романовых от рода Рюриковичей в более простой и отчетливой форме отражена в миниатюре Синодика царевны Татьяны Михайловны (ГИМ. Воскр. 66. Л. 56, 80-е гг. XVII в.): на побегах растения, обозначающего родословное древо, изображен сам В. С. вел. князья - потомки Всеволода Ярославича и Владимира Мономаха, и 3 первых царя из династии Романовых. Эту тему продолжала фреска Род царствия благословится на своде сев. крыльца ц. прор. Илии в Ярославле (кон. XVII в. либо 1716; см. Бусева-Давыдова, Рутман. С. 68-70. Илл. 57), воображающая аллегорическую композицию, восходившую к выходной картине кн. Клинок духовный архиеп. Лазаря (Барановича) (К. 1666). Неск. в противном случае мысль преемственности царской власти отразилась в серии портретов рус. правителей для Титулярника 1672 г. где миниатюра с образом В. С. (традиц. тип с открытой городчатой короной) входила в цикл изображений князей и царей от Рюрика до Алексея Михайловича. В посл. трети XVII в. продолжали включать образ В. С. в декор частных покоев царских палат, где образовывались маленькие портретные галереи с изображениями святых правителей: имп. Константина и В. С. в моленной царевны Софьи Алексеевны, имп. Константина, имп. Елены, пророков Давида и Соломона, В. С. кнг. Ольги, князей Бориса и Глеба, царевича Димитрия и др. персонажей - в комнатах царевны Марии Алексеевны (см. Забелин. Т. 1. С. 195, 198). Такие изображения воспринимались не только как иконы, но и как портреты-персоны исторических лиц, подобные персоне князя Владимира Киевского на полотне в доме кн. В. В. Голицына (Там же. С. 232).

В искусстве 2-й пол. XVII в. образ В. С. довольно часто существовал независимо от изображений Бориса и Глеба, но оставалось актуальным сопоставление В. С. с имп. Константином: напр. резные, покрытые росписью фигуры имп. Константина и В. С. кон. XVII в. из ц. свт. Власия в Ярославле (ГМЗРК), возможно восходящие к картине с изображением В. С. у корня родословного древа в кн. архиеп. Лазаря. В. С. и имп. Константин изображены лежащими под древом, рядом с каждым - храм, в к-ром совершается таинство Крещения, и Крещение народа в водоеме. Т. о. в наглядной форме утверждалось тождество подвигов обоих правителей - крестителей народов и взрастителей Богонасажденной лозы. Изображения имп. Константина и В. С. находятся в местном ряду иконостаса ц. Преображения Господня в Новодевичьем мон-ре (1687-1688). На той же иконе представлены св. Иоанн Предтеча и ап. Петр, на парной ей - святые имп. Елена, кнг. Ольга, мц. София и вмц. Параскева, что разрешает соотнести равноап. правителей с правящим триумвиратом Иоанна V, Петра I и царевны Софьи. Др. примером выражения гос. аспекта почитания В. С. во 2-й пол. XVII в. может служить знамя, в 1817 г. вывезенное из Польши и хранившееся в Андреевской ц. с. Грузина под Вел. Новгородом (позднее в СПбДА). На обеих его сторонах находилось изображение конного В. С. с булавой, в сопровождении воинов направляющегося к вратам, над к-рыми виден Голгофский крест. Эта композиция, возможно созданная по примеру флагов с изображением явления Креста имп. Константину ( Петров. 1888 (2). С. 17-19), продолжает традицию уподобления В. С. этому императору и восходит к их изображениям на иконе Благословенно воинство Небесного Царя.

Особенную иконографическую традицию воображают произведения, в к-рых В. С. изображен вместе с мучениками Кириком и Иулиттой (пелена Арх. Михаил, Кирик и Иулитта с Владимиром и Алексием, человеком Божиим, на полях, XVII в. ГРМ; икона Владимир, Кирик и Иулитта из Кижского погоста, нач. XVIII в. Музей изобразительных искусств Республики Карелия, Петрозаводск). На иконе Владимир, Моисей Угрин и Аркадий Новоторжский письма Симона Ушакова и Георгия Зиновьева (1677, ТОКГ), подбор изображенных на ней святых, живших в домонг. эру, связан с историей новоторжского Борисоглебского мон-ря, откуда происходит икона, и почитанием Бориса и Глеба: прп. Моисей был братом Георгия Угрина, слуги св. Бориса, убитого вместе с князем на р. Альте, Аркадий - учеником прп. Ефрема, основателя обители, по преданию жившего в XI в.

Во 2-й пол. XVII в. под действием укр. картины в рус. иконописи появляются изображения Собора Киево-Печерских святых, где время от времени присутствуют и В. С. с Борисом и Глебом (УИХМ). В искусстве Пскова с XVII в. образ В. С. видится на иконах Видение старца Дорофея, основанных на тексте Повести о прихождении Стефана Батория на Псковскую землю и посвященных прекрасному избавлению Пскова от осады польск. армиями в 1581 г. В этих произведениях (старейшее - Псково-Покровская икона Богоматери 1-й пол. XVII в. собор Св. Троицы в Пскове) изображали беседу Богоматери со святыми, защитниками Пскова,- преподобными Антонием Печерским, Корнилием Псково-Печерским, архиеп. Нифонтом, князьями Всеволодом, Довмонтом и В. С.

Сцены с изображением В. С. появились во 2-й пол. XIV в. в составе житийных циклов князей-страстотерпцев Бориса и Глеба, старейшие примеры - икона Бориса и Глеба с житием из Коломны (кон. XIV в. ГТГ); миниатюры Сильвестровского сборника. В большинстве случаев, В. С. представлен сидящим на престоле, он отправляет Бориса в поход против печенегов, др. сцена - погребение В. С. вынос завернутого в саван тела из терема в Берестове, время от времени с изображением погребальных саней, либо вынос тела и его захоронение в Десятинной ц. (икона 1-й трети XVI в. из собрания Г. Д. Филимонова в ГТГ). Во многих случаях (рама 1-й пол. XVII в. из собрания С. П. Рябушинского, ГТГ) традиц. цикл из 2 композиций уменьшается до изображения больного В. С. возлежащего на ложе и отсылающего Бориса в поход (эта же сцена, точно соответствующая житийным сведениям о болезни В. С. присутствует в рукописи предела XV-XVI вв. из собрания Н. П. Лихачёва (СПбФИРИ РАН, Архив. Колл. 238. Оп. 1, № 71)). Позднее в нек-рых иконах с циклом жития Бориса и Глеба появляются нетрадиц. клейма, где В. С. присутствует при рождении Бориса и Глеба (икона предела XVII-XVIII вв. ГВСМЗ); отправляет своих сыновей на княжение. Время от времени цикл жития Бориса и Глеба практически преобразовывается в житийный цикл В. С. (икона Борис и Глеб, из муромского Троицкого мон-ря, 1-я пол. XVII в. сейчас в МИХМ; из-за плохой сохранности надписей и схематичности композиций суть нек-рых клейм не совсем ясен - см. Хлебов Г. В. Житийная икона Бориса и Глеба из Мурома // ПКНО, 1982. Л. 1984. С. 263-274). Единственным известным циклом жития В. С. в иконописи есть икона сер.- 3-й четв. XVI в. из вологодской ц. Рождества Богоматери (ВГИАХМЗ; в среднике представлены В. С. Борис и Глеб), цикл к-рой включает 16 клейм (2 потеряны), в т. ч. сцены отправления послов для выбора веры, похода на Корсунь, Крещения и прозрения В. С. перенесения мощей свт. Климента в Киев, истребления кумиров, Крещения жителей Киева, поставления церквей и преставления В. С. ( Рыбаков. Табл. 54-55. С. 307). К числу занимательных изюминок этого цикла относится сцена благодарственного моления В. С. с развернутым свитком в руках по окончании Крещения жителей Киева. Выбор и последовательность сюжетов в целом соответствуют тексту Жития равноап. кн. Владимира.

С сер. XVI в. в монументальной живописи появились краткие циклы жития В. С. с изображениями основных событий, связанных с Крещением Руси. Наиболее ранние из них относятся к украшениям кремлевских построек в эру Иоанна IV: в составе росписей Золотой палаты - сцены прений о вере, нахождения послов В. С. в Царьграде, Крещения В. С. и сокрушения идолов в Киеве ( Забелин. Т. 1. С. 175). Более подробный цикл был помещен в лоджии Архангельского собора (1564-1565), где, например, были изображены сцена со взятием Корсуни, слепота В. С. и Крещение жителей Киева. Истории Крещения Руси были посвящены и монументальные циклы 2-й пол. XVII в. в приделе равноап. кн. Владимира в Успенском соборе Ярославля (1674, росписи не сохр. см. Брюсова В. Г. Рус. живопись 17 в. М. 1984. С. 119) и в юж. галерее Воскресенского собора в Романове-Борисоглебске (сейчас Тутаев, 1679-1680). В роспись галереи собора Новоспасского мон-ря в Москве включены сцены Крещения В. С. и кнг. Ольги, соотнесенные с изображениями этих же святых, поливающих родословное древо рус. правителей.

В средневек. искусстве Украины изображения В. С. как и князей-страстотерпцев Бориса и Глеба, фактически малоизвестны. Интерес к их образам появился только в XVII в. Значительно чаще изображения В. С. видятся в книжной картине: чуть ли не самый ранний пример - картина киевского издания торжественной Минеи (Анфологиона) 1619 г. (о нем и др. укр. изданиях см. Украинские книги кирилловской печати XVI-XVIII вв. Кат. изд. хранящихся в ГБЛ. М. 1976. Вып. 1: 1574 г.- 1-я пол. XVII в.; М. 1981. Вып. 2. Ч. 1: Киевские изд. 2-й пол. XVII в.; М. 1990. Вып. 2. Ч. 2: Львовские, новгород-северские, черниговские и уневские изд. 2-й пол. XVII в.). Полуфигурное изображение князя в медальоне, с крестом, клинком, в шубе и городчатой короне точно повторяет рус. пример и говорит об отсутствии фактически укр. иконографической традиции. На знакомство укр. мастеров с рус. иконографией показывает и икона Владимир, Борис и Глеб из пос. Ратно Волынской обл. (кон. XVII в. НХМУ,- Miliayeva L. The Ukrainian Icon. Bournemouth; St.-Pb. 1996. Pl. 1), следующая традиц. рус. схеме с фигурами Бориса и Глеба по сторонам от В. С. Но сам иконографический тип В. С. как и во мн. др. укр. монументах, претерпевает трансформации, связанные с западноевроп. действием: В. С. представлен в шубе на горностаевом меху (символ княжеского преимущества), в геральдической закрытой княжеской короне, со скипетром и крестом. В ряде произведений (напр. картина из Цветной Триоди 1685 г. напечатанная в черниговской Троицко-Ильинской типографии) в число атрибутов В. С. входит держава. Тип лика В. С. в укр. монументах обычно резко отличается от рус. произведений, напр. широкой окладистой бородой: икона Ивана Рутковича из Н. Скварявы (1697-1698, НМ(Л) - см. Откович В. Пилип'юк В. Украiнська iкона XIV-XVIII ст. Львiв, 1999. Илл. на с. 92). В надписях на нек-рых произведениях В. С. именуется царем.

При митр. Петре (Могиле) в связи с обретением гробницы В. С. в Десятинной ц. появляются изображения князя в монументальной живописи. В росписи киевской ц. Спасителя на Берестове, выполненной в 1644 г. афонскими живописцами по заказу митр. Петра, изображение В. С. входит в состав ктиторской композиции над зап. входом в храм: митр. Петр представлен коленопреклоненным перед образом Христа Великого Архиерея, слева от к-рого стоит Богоматерь, справа - В. С. с широкой бородой, в шубе и закрытом венце (изображение В. С. разумеется, связано с известием о его смерти в Берестове). Возможно, при митр. Петре, обновившем киевский Софийский собор, фигура В. С. вошла в состав древней ктиторской композиции на его зап. стенке: если судить по копии кон. XVIII в. с рисунка А. ван Вестерфельда 1651 г. в центре древней фрески было помещено фронтальное изображение В. С. в шубе, закрытом городчатом венце, с клинком и скипетром. К этому произведению достаточно близка картина из Синопсиса Иннокентия (Гизеля) (К. 1680, и др. издания), в обрамление к-рой включены фигуры князей-страстотерпцев Бориса и Глеба, и изображения проповеди философа и Крещения В. С. Еще одна сцена деяний В. С. присутствует в картине из кн. архиеп. Лазаря (Барановича) Трубы словес проповедных на нарочитыя дни праздничных дней. (К. 1674, 2-й вар. изд.) с изображением сокрушения идолов В. С. Особенный иконографический тип, характерный лишь для укр. книжной картины,- изображения В. С. на престоле (Минея торжественная (Анфологион). Львов, 1638 и 1643, картина мастера Илии; Антоний Радивиловский. Огородок Марии Богоматери. К. 1676 - по сторонам престола представлены ангелы).

От чего зависит цвет глаз

В нек-рых укр. изданиях XVII в. фигура В. С. включена в состав более сложных композиций. На картине кн. архиеп. Лазаря Клинок духовный (К. 1666) В. С. представлен полулежащим на земле у основания древа с изображениями царя Алексея Михайловича, царицы Марии Ильиничны, царевичей Алексея, Феодора и Симеона (по сторонам продемонстрированы князья-страстотерпцы Борис и Глеб). Эта панегирическая композиция называющиеся Род правых благословится утверждала святость царского рода, восходящего к В. С. по словам ап. Павла: Аще корень свят, то и ветви (Рим 11. 16). С 20-х гг. XVII в. в киевских изданиях появлялись орнаментальные обрамления титульного страницы с изображениями Киево-Печерской лавры и святых, где довольно часто видятся изображения В. С. Бориса и Глеба, кнг. Ольги, преподобных Антония и Феодосия Печерских, т. е. В. С. включен в число почитаемых киевских святых. Известны случаи сопоставления его фигуры с изображениями имп. Константина и ап. Андрея Первозванного, напоминавшими о Крещении Руси и расцвете христианства, предсказанном на протяжении легендарного путешествия ап. Андрея по рус. землям.

В рус. искусстве Нового времени образ В. С. занимает одно из центральных мест. Имп. Петра I в проповедях и панегириках довольно часто уподобляли В. С. за насаждение Православия в завоеванных землях, Азове и Ингерманландии ( Бусева-Давыдова И. Иконостас Петропавловского собора в Санкт-Петербурге: Опыт истолкования иконогр. программы // Искусствознание. 1999. № 2. С. 518). Икона В. С. (Андрей Поспелов, Федор Артемьев, 1728-1729) в иконостасе Петропавловского собора в С.-Петербурге будет над иконой ап. Петра ( Бусева-Давыдова. С. 514). В этом произведении традиц. образ князя взял переосмысление в духе барокко: из новых для иконографии В. С. показателей направляться отметить латы, геральдическую княжескую корону с горностаевой опушкой и широкую долгую бороду, к-рая, но, сохранила разделение на 2 пряди. С 1-й пол. XVIII в. известны первые случаи распространенного впосл. сопоставления В. С. со св. блгв. кн. Александром Невским, к-рый в петровское время кроме этого приобрел исключительный статус императорского святого: икона Апостолы Петр и Павел, Александр Невский и Владимир из Петергофского дворца (Егор Грек, 1742, ГРМ), где В. С. включен в число святых, очень почитавшихся в С.-Петербурге; местный ряд иконостаса нижней церкви Никольского Морского собора (М. Колокольников, 1757-1759) с иконой В. С. помещенной симметрично образу св. Александра Невского. Начиная с XVIII в. В. С. все чаще изображается раздельно от Бориса и Глеба.

Уже в петровское время образ В. С. стал достоянием не только церковного, но и светского искусства, включался в серии портретов рус. правителей, появившиеся в 10-20-х гг. XVIII в. Родословие великих правителей царей и князей российских архиеп. Феофана (Прокоповича) с портретами, гравированными П. Пикартом (1717); гравированный А. Ф. Зубовым портрет имп. Екатерины I в окружении медальонов с портретами правителей от Рюрика до Петра (1725), серия яшмовых инталий И. К. Дорша, выполненных по заказу Я. В. Брюса (20-е гг. XVIII в. ГЭ - см. Рязанцев. С. 96). Внешний вид и костюмы В. С. и др. персонажей, в большинстве случаев, не соответствовали исторической действительности, но напоминали портреты из Титулярников 70-х гг. XVII в. (серия Дорша) и получали выделено русифицированный вид. С увеличением интереса к древней истории России в царствование имп. Екатерины II создание аналогичных исторических галерей, неизменно с портретами В. С. было продолжено серией портретных медалей (1768-1772) и серией барельефов Ф. И. Шубина для Чесменского дворца под С.-Петербургом (1774-1775, с 1831 в Оружейной палате ГММК, повторения в Петровском дворце и здании Сената в Кремль - см. Там же. С. 102). Со своей стороны медали послужили примерами для портретных серий на костяных пластинах и кружках холмогорской работы. Деяния В. С. присутствуют в числе древнерус. тем, задававшихся выпускникам АХ в 1766-1773 гг. покушение Рогнеды на В. С. Крещение и излечение В. С. в Корсуни, философ, показывающий В. С. изображение Ужасного Суда (Там же. С. 460-461). Одно из наиболее известных академических произведений - картина А. П. Лосенко Владимир и Рогнеда (1770, ГРМ; редкий для искусства Нового времени пример изображения молодого В. С. в русском костюме). Рождению В. С. посвящена одна из последних медалей незавершенной исторической серии 80-90-х гг. XVIII в. В нек-рых случаях сцены деяний В. С. были частью картинных циклов на древнерус. сюжеты, украшавших дворцовые интерьеры, подобно Воскресенскому залу Михайловского замка в С.-Петербурге, где картина Крещение Владимира (1799-1801, Дж. О. Аткинсон, сейчас в ГТГ) сочеталась с изображениями победы кн. Димитрия Донского на Куликовом поле, покорения Казани Иоанном IV и венчания на царство Михаила Феодоровича. Сходные произведения, выполненные в академической манере, имели возможность помещать и в церковные интерьеры (картина С. Тончи Крещение Руси при св. князе Владимире из Успенского собора во Владимире, 1813-1814, ГВСМЗ).

Изображения В. С. стали практически обязательной частью декорации наибольших соборов России XIX - нач. XX в. довольно часто повторяясь в пределах одного храма. Иконы и росписи создавались ведущими мастерами академического направления. В силу сложившейся в Новое время традиции образ В. С. либо сцены его деяний в большинстве случаев были сопоставлены с изображениями св. Александра Невского либо кнг. Ольги и реже, чем в средневековье, связаны с образами Бориса и Глеба. Наровне с красивыми произведениями достаточно широкое распространение взяли скульптурные фигуры В. С. Так, медная статуя (1804-1807, С. С. Пименов) помещена в нише сев. портика Казанского собора в С.-Петербурге в паре со статуей св. Александра Невского (тема защиты России) и по соседству со скульптурами св. Иоанна Предтечи и ап. Андрея Первозванного (тема Крещения Руси); изображение В. С. с крестом, попирающего языческий жертвенник, выполнено в академической манере, но его вид и атрибуты (хитон, плащ, сапоги) показывают на рвение придать образу национальный темперамент. Как довольно часто бывало в искусстве XIX в. В. С. представлен не в традиц. виде старца, но как могучий средовек. Образ В. С. занял значительное место в убранстве Исаакиевского собора в С.-Петербурге: во 2-м ряду главного иконостаса (40-50-е гг. XIX в.) наровне с иконами святых покровителей членов имп. дома помещена икона В. С. и кнг. Ольги (Ф. П. Брюллов), симметрично к-рой расположена икона святых имп. Константина и имп. Елены. В люнетах сев.-зап. компартимента собора изображены основные эпизоды жизни В. С. (росписи Ф. Рисса): избрание греч. веры, возвращение зрения В. С. Крещение князя и Крещение жителей Киева. События княжения В. С. вместе с деяниями св. Александра Невского стали сюжетом рельефов внутренних дверей юж. портала собора (скульптор И. П. Витали). В храме Христа Спасителя в Москве горельефы с фигурами В. С. и кнг. Ольги (40-60-е гг. XIX в. не сохр. воспроизведены при восстановлении храма) помещены на сев. фасаде по соседству с фигурами святых имп. Константина и имп. Елены (скульптор А. В. Логановский), и на правых дверях того же фасада (скульптор Ф. П. Толстой). Образ В. С. много раз видится в росписях интерьера храма и в иконостасе, на хоругвях, на колоколах (вместе с имп. Константином, св. Александром Невским, Борисом и Глебом, кнг. Ольгой, свт. Николаем Чудотворцем и др.); на хорах деяния В. С. (его Крещение и Крещение жителей Киева) составили часть цикла росписей с изображением основных событий церковной истории Руси киевского периода, сопоставленных с аналогичными событиями времен Столичной Руси. В этих произведениях преобладает тип В. С.-средовека, его атрибуты (особенно венец) довольно часто имеют визант. вид. В сер.- 2-й пол. XIX в. благодаря распространению мемориальных сооружений, посвященных наиболее значимым событиям рус. истории, образ В. С. делается частью наибольших монументов на Владимирской горке в Киеве в виде огромной статуи князя с крестом и сценой Крещения жителей Киева на пьедестале (1853, В. И. Демут-Малиновский, П. К. Клодт, К. А. Тон); 1000-летию России в Вел. Новгороде (1862, М. О. Микешин), где В. С. представлен в группе скульптур в верхней части монумента, посвященной основным вехам истории России (с киевлянами, свергающими идолов и протягивающими князю младенца) и на пьедестале среди известных деятелей рус. истории и культуры (вместе с кнг. Ольгой и митр. Михаилом). В этих монументах В. С. придавали рус. вид: он в плаще и княжеской шапке. В др. произведениях офиц. светского искусства того периода продолжали включать образ В. С. в портретные галереи рус. правителей (несохранившийся монумент имп. Александру II в Кремль , 1893-1898, А. М. Опекушин, Н. В. Султанов) либо в родословное древо Романовых (роспись свода парадных сеней Исторического музея в Москве, 80-е гг. XIX в. восходящая к фрескам галереи собора Новоспасского мон-ря).

Среди произведений 2-й пол. XIX в. связанных с юбилеем Крещения Руси (1888), наиболее выдающимся монументом стал Владимира равноапостольного князя собор в Киеве (1862-1896, декор интерьера - 1885-1896), чье убранство оказало большое влияние на развитие поздней иконографии В. С. Основные изображения князя для этого собора были созданы В. М. Васнецовым (икона главного иконостаса рядом с образом кнг. Ольги и в паре с иконой св. Александра Невского, сцены Крещения В. С. и Крещения жителей Киева в крещальне собора, образы В. С. его жены Анны, Бориса и Глеба в композиции Преддверие рая в барабане купола). В. С. представлен в имп. одеждах визант. типа, воспроизведенных с большой точностью (туника, плащ-хламида, стемма с пендулиями). На иконе главного иконостаса он продемонстрирован старцем с долгой седой бородой, в росписях крещальни - как средовек с округлой бородой.

Для академической иконописи этого периода (в т. ч. в связи с распространением имени св. равноап. князя среди населения империи) свойственны бессчётные отдельные изображения св. князя (по пояс либо в рост) на храмовых и домашних иконах, литографированных страницах, время от времени на пасхальных яйцах. Среди них преобладают 2 основных иконографических варианта: в одеждах рус. примера, в шапке, напоминающей древние княжеские головные уборы либо шапку Мономаха (икона, 1897, ГМИР) и в визант. имп. одеждах. Иконы с изображением В. С. на фоне Киево-Печерской лавры и Кремля символизировали преемственность Столичной Руси по отношению к Киеву (икона кон. XIX в. ГИМ). В число атрибутов В. С. сейчас так же, как и прежде входил крест, время от времени свиток с текстом молитвы и лежащие рядом доспехи (хромолитография - Од. В. С. Тиль и Ко, 1878 (РГБ)). В нек-рых произведениях посредством поз и жестов, характерных для академической иконописи (возведенные горе очи, приложенная к груди рука) очень подчеркивалась молитва равноап. князя за свой народ. рекомендовалось изображать В. С. в русском типе, с большой бородой, маленькими кудрявыми волосами, кафтане, свите, венце, схожем с шапкой, со свитком с текстом молитвы за новопросвещенный народ ( Фартусов. Управление к писанию икон. С. 353).

Крещение Руси. Икона. 1988 г. (Музей МП Софрино)

Крещение Руси. Икона. 1988 г. (Музей МП Софрино)

От чего зависит цвет глаз

Образ В. С. оставался достаточно распространенным и в традиц. религ. искусстве XVIII - нач. XX в. следуя позднесредневек. иконографии князя: погрудное изображение на миниатюре старообрядческой рукописи Жития равноап. кн. Владимира, выполненной на Выге (ГИМ. Муз. 3031, 1-я треть XIX в.) либо написанная О. С. Чириковым икона В. С. и столичных чудотворцев, поднесенная кн. В. А. Долгорукову от об-ва кремлевских хоругвеносцев (1890, ГИМ). Но в произведения этого рода время от времени проникали элементы иконографии Нового времени: барочная княжеская корона, горностаевая шуба либо мантия, тип окладистой бороды без разделения на 2 пряди. В XVIII-XIX вв. образ В. С. вместе с Борисом и Глебом довольно часто виделся на иконах Собор Киево-Печерских святых (в центре композиции, символизируя начало рус. Православия, укрепленного печерскими преподобными) и Собора российских чудотворцев (2 иконы XIX в. ГТГ). На иконе 2-й пол. XIX в. (Новая Карлсбергская глиптотека, Копенгаген) В. С. изображен в составе неповторимого житийного цикла кнг. Ольги (в сцене ее перезахоронения). Образ В. С. был достаточно популярен в ростовских эмалевых иконках XIX - нач. XX в. и редко виделся в старообрядческом бронзовом литье (литая икона с образами имп. Константина и В. С. в частном собрании в Германии - 1000 Jahre Orthodoxe Kirche in d. Rus' 988-1988: Russische Heilige in Ikonen. Recklinghausen, 1988. N 9. S. 14-15).

Для совр. рус. иконописи характерно возвращение к средневек. иконографии В. С. с этими атрибутами, как городчатый венец либо княжеская шапка, шуба либо плащ. Образ В. С. включен в новые иконографические изводы, созданные рус. иконописцами XX в. напр. икона Все святые, в земле Российской просиявшие работы мон. Иулиании (Соколовой) (1920-1930), икона Крещение Руси архим. Зинона (1988), где В. С. вместе с кнг. Ольгой представлен по сторонам ап. Андрея, строящего крест на горах Киевских, а ниже изображены святые киевского периода и Крещение народа.

Лит. Срезневский И. И. Древние изображения в. к. Владимира и в. к. Ольги // Древности: Археол. вестн. / МАО. 1867. Янв./февр. С. 1-7; Толстой И. И. Старейшие рус. монеты Вел. княжества Киевского. СПб. 1882; он же. Старейшие рус. монеты X-XI вв. СПб. 1893; Петров Н. И. Археол. заметки: Старейшие изображения св. Владимира // ТКДА. 1887. № 5. С. 64-79 ; он же. Древние изображения св. Владимира // ТКДА. 1888. № 7. С. 443-462; он же. Древние изображения св. Владимира // Владимирский сб. В память 900-летия Крещения России. К. 1888. С. 1-20; Петров Н. И. Городецкий М. И. Холмская Русь: Ист. судьбы рус. Забужья. СПб. 1887. С. 6-7. Объясн. к рис. С. 13-14; Цыбульский К. Холмская Русь. Изд. П. Н. Батюшкова. СПб. 1887. [Рец.] // Киев. старина. 1887. нояб. С. 555-556; Лебединцев П. В каком виде смогут быть изображены св. равноап. кн. Владимир и светло синий. кнг. Ольга, и имеем ли мы их настоящие изображения? // Там же. 1888. Май. С. 259-264; Смирнов Я. И. Картинки Киева 1651 г. по копиям их конца XVIII в. // Тр. XIII Археол. съезда в Екатеринославе, 1905. Т. 2. М. 1908. С. 446-455; Айналов Д. В. О нек-рых сериях миниатюр Радзивиловской летописи // ИОРЯС. 1908. Т. 13. Кн. 2. С. 307-323; Эртель А. Д. Собор св. кн. Владимира в Киеве. К. 1915. С. 41, 60, 67-68, 72, 75-76; Гусев П. Старейшая новгородская икона св. кн. Владимира Киевского // Изв. комитета изучения древнерус. живописи. Пг. 1921. Вып. 1. С. 9-12; Орешников А. В. Классификация старейших рус. монет по родовым символам // ИАН СССР. VII сер. Отд. гуманит. наук. Л. 1930. № 2. С. 87-112; он же. Финансовые символы домонгольской Руси. М. 1936. С. 28-43, 66-80, 86; Sy c ev N. P. Sur l'histoire de l'eglise du Sauveur a Neredicy pres Novgorod // L'art byzantin chez les slaves: 10me rec. dedie a la memoire de Th. Uspenskij. P. 1932. P. 99-103; Окунева И. Шиферная икона XVI в. // SK. 1936. Т. 8. С. 187-192; она же. Изображения св. Владимира // Владимирский сб. Белград, 1938. С. 197-200; Арциховский А. В. Древнерус. миниатюры как ист. источник. М. 1944. С. 13, 14, 31, 35; Розов Н. Н. Настенные росписи на сюжеты древнерус. лит-ры в Воскресенском соборе в г. Тутаеве // ТОДРЛ. 1956. Т. 12. С. 325-336; Дмитриев Ю. Н. Стенопись Архангельского собора Моск. Кремля: Мат-лы и исслед. // ДРИ. М. 1964. [Вып.:] XVII в. С. 157; Подобедова О. И. Миниатюры рус. ист. рукописей: К истории рус. лицевого летописания. М. 1965. С. 56, 58, 60; Сизов Е. С. Рус. ист. деятели в росписях Архангельского собора и монументы письменности XVI в. // ТОДРЛ. 1966. Т. 22. С. 266-268; Висоцький С. О. Про портрет родини Ярослава Умного у Софiйському соборi у Киевi // Вiсник Киiвського ун-ту. 1967. № 8. С. 35-44. (Сер. iсторii та права; Вип. 1); Свердлов М. Б. Изображение княжеских регалий на монетах Владимира Святославича // ВИД. 1972. Вып. 4. С. 151-159; он же. Домонгольская Русь: Князь и княжеская власть на Руси VI - 1-й трети XIII вв. СПб. 2003. С. 254, 255, 293-296, 301-303; Молчанов А. А. К вопросу о худож. изюминках и портретности изображений на старейших рус. монетах // ВМУ: Ист. 1973. № 3. С. 72-85; Соколова И. Нек-рые замечания по поводу визант. прототипов древнерус. монет // Сообщ. ГЭ. Л. 1975. Вып. 40; K a mpfer F. Das russische Herrscherbild: Von den Anfangen bis zu Peter dem Grossen. Recklinghausen, 1978. S. 23-24, 58, 71, 75, 106-111, 231-232, 242, 245; Маясова Н. А. Монумент шитья моск. великокняжеской светлицы XV в. // ГММК. Мат-лы и исслед. [Вып.] 3: Искусство Москвы периода формирования рус. централизованного гос-ва. М. 1980. С. 62-64, 69-70; Рыбаков А. А. Худож. монументы Вологды XIII - нач. XX в. Л. 1980. Табл. 54-55. С. 307; Смирнова Э. С. Лаурина В. К. Гордиенко Э. А. Живопись Великого Новгорода, XV в. М. 1982. С. 193-198, 319; Сотникова М. П. Спасский И. Г. Тысячелетие старейших монет России: Свод. кат. рус. монет X-XI вв. Л. 1983; Никитенко Н. Н. Княжеский групповой портрет в Софии Киевской и время создания собора // ПкНо, 1986. Л. 1987. С. 237-244; она же. Русь и Византия в монументальном комплексе Софии Киевской: Ист. проблематика. К. 1999. С. 14-64; Пуцко В. Г. Найдавнiшi зображення св. кн. Володимiра // Правосл. вiсник. 1988. № 7. С. 37-41; Высоцкий С. А. Светские фрески Софийского собора в Киеве. К. 1989. С. 45-46, 78-79, 91-97, 101-102; Радзивиловская летопись. СПб.; М. 1994. Т. 1: Факсим. воспроизв. рукописи. Л. 37-74, 163-163 об.; Т. 2: Текст, исслед. описание миниатюр. № 86-158; Смирнова Э. С. Лицевые рукописи Великого Новгорода, XV в. М. 1994. С. 62, 429-435; она же. Борис и Глеб: Иконография // ПЭ. 2003. Т. 5. С. 58-59; Сотникова М. П. Старейшие рус. монеты X-XI вв. Кат. и исслед. М. 1995; Маркелов. Святые Древней Руси. Т. 1. С. 362-377. № 70-71, 79-80, 229; Т. 2. С. 77-78; Опись строений и имущества Кирилло-Белозерского мон-ря 1601 г. Коммент. изд. / Сост. З. В. Дмитриева и М. Н. Шаромазов. СПб. 1998; Янин В. Л. Гайдуков П. Г. Актовые печати Древней Руси X-XV вв. М. 1998. Т. 3 [Печати, зарегистрированные в 1970-1996 гг.]. С. 17; Гладкая М. С. Изображение св. кн. Владимира, Бориса и Глеба в монументальной живописи XVII в. владимиро-суздальских храмов // История и культура Ростовской земли, 1998. Ростов, 1999. С. 124-131; Забелин И. Е. Домашний быт рус. царей в XVI и XVII ст. М. 2000. 2 т.; Бусева-Давыдова И. Л. Рутман Т. А. Церковь Ильи Пророка в Ярославле. М. 2002. С. 68-70. Илл. 57; Попов Г. В. Тема слав. просвещения в миниатюрах Радзивиловской летописи // ДРИ. СПб. 2002. [Вып.:] Византия, Русь, Зап. Европа: искусство и культура. С. 362-375; Самойлова Т. Е. Святые рус. князья в росписи Архангельского собора // Архангельский собор Моск. Кремля. М. 2002. С. 203-204; она же. Тема царской и княжеской святости в росписях Благовещенского собора // Царский храм: Святыни Благовещенского собора в Кремле. М. 2003. С. 32; Рязанцев И. В. Скульптура в России, XVIII - нач. XX вв. Очерки. М. 2003; Сорокатый В. М. Икона Князья Владимир, Борис и Глеб с житием Бориса и Глеба // И по плодам узнается древо: Рус. иконопись XV-XX вв. из собр. В. Бондаренко. М. 2003. С. 269-280; Пуцко В. Г. Княжение Владимира Великого по миниатюрам Радзивиловской летописи // ТОДРЛ. 2004. Т. 55. С. 45-57.

А. С. Преображенский

Статьи по теме